«
Ну и наконец, так ли тяжело будет притворяться влюбленной в Баррета? Я изображала чувства тысячи раз во время театральных постановок. Едва ли есть большая разница.
Потом, оглядев стол, впервые поняла, что за этим столом кого-то явно не хватает: моего будущего поддельного жениха.
– А почему здесь нет Баррета?
– Он не знает об этой встрече, – сенатор Каллаган дернулся в своем кожаном кресле.
У меня отпала челюсть.
– Вы хотите сказать, что развернули передо мной весь план, даже не имея его согласия? – задохнулась я от возмущения.
– Да.
– Но это безумие!
– На первый взгляд – да, но только на первый. Я хотел представить всю картину Баррету, когда придет время и чтобы у меня была возможность представить человека, согласного сыграть эту роль, – с натянутой улыбкой сенатор добавил, – у меня предпринимательское прошлое, мисс Монро. Я владею искусством заключения сделок и знаю, как лучше продать товар.
– А что будет, если Баррет скажет «нет»?
– Не скажет, – ответил он, и в его голосе сквозила убежденность.
– Как вы можете быть в этом так уверены?
– Потому что я знаю своего сына.
И раз уж у меня не было детей, я знала, что не смогу поспорить с этим аргументом. Мне пришлось принять на веру, как и сенатору Каллагану, что Баррет согласится.
– А миссис Каллаган разделяет вашу уверенность?
– Джейн в курсе того, что я предлагаю. Я редко делаю что-то, не посоветовавшись сначала с ней.
Значит, миссис Каллаган тоже принимает участие. Я гадала, сколько членов круга были в курсе правды о Баррете. Но если задам этот вопрос сенатору Каллагану, он отделается чем-нибудь вроде «Вашингтон стоит на секретах». И уж если даже личность Глубокой Глотки в деле Уотергейта оставалась неизвестной несколько десятков лет, то и наш с Барретом секрет будет в безопасности
– Если вам нужно время, чтобы все обдумать, я пойму. Знаю, что мы просим о многом, – сказал сенатор Каллаган, заполняя тишину, повисшую над столом.
Может мне и, правда, следовало попросить немного времени. Может, стоило взять паузу, чтобы взвесить все эмоциональные «за» и «против» этого безумного плана. Возможно, мне стоило задуматься о том, что произойдет, если я на самом деле влюблюсь в Баррета Каллагана.
Но я этого не сделала.
Вместо этого, мои губы растянулись в улыбке.
– Я согласна.
Глава 2
– Тебе нравится? – прорычал я на ухо блондинке, которую трахал.
Ее голая задница была придавлена к оконному стеклу на высоте тридцати тысяч футов, разумеется для того, чтобы избежать случайных прохожих и любителей поглазеть. Стоя между ее ног, я держал ее руками, подхватив под колени.
– Да, детка, сильнее!
Ей не пришлось повторять дважды. Я был более чем счастлив угодить ей. Заставить женщину потерять голову во время секса – давало массу преимуществ. Никогда не понимал тех идиотов, которые думали только о том, чтобы кончить самим. Я становился еще тверже, когда удовлетворенная женщина начинала кричать мое имя, сжимаясь вокруг члена.
Перед вами ценитель любого вида секса: на заднем сидении машины, в ванной, на скамейке в парке и на яхте, который идет сразу после секса на гидроцикле, и даже после секса в океане, хотя иногда соленая вода так и норовила подпортить удовольствие. Однажды я отметился даже в гардеробе отеля Плаза в Нью-Йорке. Я был, что называется экспертом во всем, что касалось нестандартного секса, иначе – секса вне спальни. У каждого есть своя сильная сторона, на чем они повернуты, моей была траханье женщин в самых неожиданных местах.
Говоря о сексе в самолете, нужно немного пояснить. Я не имею в виду толкотню в туалете, когда тебе приходилось выделывать акробатические трюки, чтобы потрахаться. Я имею в виду именно секс в самолете, тот, на который ты можешь рассчитывать, летая время от времени на частном самолете с кожаными сиденьями и огромной кроватью с шелковыми простынями. Уверен, что замечание о частном самолете выставляет меня претенциозным ублюдком, но это то, к чему я привык. Кроме того, это не значит, что я ограничиваюсь только богатыми цыпочками. Правда в том, что я люблю женщин вне зависимости от их расовой или религиозной принадлежности, или их налоговой категории. Важно лишь, чтобы им нравился секс.
