В своей книге Нина подробно описывает все перипетии трудной жизни. Естественно, что более подробно она останавливается на событиях баухаусского (1922–1933) и парижского (1933–1944) периодов, поскольку была их активным участником. Книга «Кандинский и я», подобно большинству воспоминаний такого рода, характерна субъективной оценкой происходящего. Нина Николаевна подчеркивает свою значимость в судьбе художника, перенося акцент на собственную персону. Однако ценность этого издания — в свежести впечатлений, которыми она делится, описывая события. Рассказ насыщен информацией о встречах с известными деятелями знаменитой строительной школы Баухаус — Вальтером Гропиусом, Людвигом Мис ван дер Роэ, Ласло Мохой-Надем, Паулем Клее и многими другими мастерами. Описывая творческую атмосферу, царившую в Школе, Нина цитирует отрывки из дневников и писем учеников и художников, возглавлявших мастерские, приводит отрывки из воспоминаний современников. Чрезвычайно интересно читать о сложностях политической жизни в Германии перед приходом к власти нацистов, показанных сквозь призму взаимоотношений в Школе и вне ее. Нина рельефно обозначает роль Кандинского в формировании научно-художественной программы обучения в Школе, подчеркивая определенность его позиции в отношении происходящих политических перемен и вместе с тем постоянно напоминая о его аполитичности.
Переехав в Париж, Кандинские вели довольно замкнутый образ жизни. Именно там у художника появилась возможность полностью посвятить себя творчеству. В этот период Кандинский создал 144 картины, 208 акварелей и гуашей и большое число рисунков.
Мы с интересом читаем о распорядке его дня, о характерных особенностях творческого процесса. Супруги были знакомы с известными мастерами XX века, и описания визитов в мастерские Леже, Мондриана, Энсора, Эрнста несомненно важны и интересны.
После смерти Кандинского в декабре 1944 года у Нины возникли большие проблемы. Художник оставил огромное наследие, как художественное, так и теоретическое. Требовалось его сохранять, изучать, пропагандировать, устраивать выставки и приобщать зрителя к достижениям Кандинского в сфере абстрактного творчества. Со свойственной ей энергией, любовью и преданностью памяти мужа Нина стала на путь популяризации его наследия. Она создала Общество Кандинского, во главе которого стояла супруга президента Франции мадам Клод Помпиду и членами которого были директора крупнейших в мире музеев современного искусства. Именно благодаря усилиям Нины Кандинской большая часть произведений художника в настоящее время находится в крупнейших мировых собраниях. При Обществе был создан научный комитет, куда входили известные исследователи творчества Кандинского: профессор Конрад Рётель, Вивьен Эндикот Барнетт и др. Тщательно изучались и отбирались подлинные произведения Кандинского для издания каталога-резоне, составившего шесть томов — живопись, акварели и рисунки. В настоящее время ни один художник XX века не имеет такого всеохватного научного издания, как Кандинский.
После смерти мастера во многих музеях мира было организовано большое число выставок, различных по тематике и демонстрировавших ту или иную грань его творчества. Ни одна выставка, посвященная искусству XX века и авангардному движению в частности, не обходится без участия картин Кандинского. Его основной теоретический труд «О духовном в искусстве» неоднократно издавался и был переведен на многие языки мира.
Нину Николаевну очень беспокоила ситуация с наследием мужа в СССР. После получения Кандинскими немецкого гражданства в 1928 году картины, оставленные на временное хранение во II Музее новой западной живописи, были национализированы и распределены между советскими музеями. В 1950-е годы, посещая своих родных в Москве, Нина одновременно вела переговоры с представителями советского правительства с целью проведения выставки Кандинского на родине и включения его произведений в постоянную экспозицию музеев. Процесс этот был затяжным, но Нина Николаевна все же добилась участия произведений Кандинского из собраний отечественных музеев в выставках, организованных во Франции и Италии. В 1979 году, незадолго до ее смерти, выставки состоялись в Париже в Национальном музее современного искусства (Центр Жоржа Помпиду), а в 1980 — в залах Музея Капитолия в Риме. К сожалению, Нине не довелось увидеть выставку «Москва — Париж», проходившую в ГМИИ им. А.С. Пушкина в 1980 году, где экспонировались две знаменитые картины Кандинского 1913 года — «Композиция VI» (ГЭ) и «Композиция VII» (ГТГ). Не довелось ей увидеть и персональные выставки мужа в Государственной Третьяковской галерее и Русском музее в 1989 году, о которых она так мечтала. После трагической смерти Нины Кандинской три картины Василия Кандинского — «Угловая структура» («Структура из углов»), 1930; «Пестро-голубой цвет» («Синее на многоцветном»), 1925; «Движение I», 1935, согласно ее завещанию, были в 1990 году переданы в дар российским музеям (ныне — в собрании ГМИИ).
