В порту стояли сразу пять больших круизных лайнеров. На одном из них приплыли наши друзья из Бразилии Регина и Маурисио. Позвонили – не берут трубку. Наверное, уже уехали на какую-нибудь экскурсию. Ладно, без них праздник отметим.
В Калами сразу пошли в ресторан. Нужно отдохнуть после дороги, перекусить, в смысле. А не надо смеяться, завтрак был чисто символическим, а ехали мы долго.
Нас встретила официантка Даша. Я уже говорила, что она очень красивая девушка. Высокая блондинка в какой-то невообразимой кожаной жилетке, классно смотрится в сочетании с загорелыми плечами и длинными волосами. Договорились с ней насчет праздничного ужина и слегка пообедали. Боря ел крестьянские сосиски с сыром, Миша и Саша – мороженое с колой, я – хумус и кофе по-гречески. Надеюсь, вы поняли, из-за кого на самом деле случился этот обед?
Катерами заведовал брат Даши. Его беременная жена – тоже русская, вела расчеты при возврате: кто сколько времени катался и сколько потратил бензина. Прошли краткий инструктаж, отчаливаем. Боря встал за штурвал, Саша присел рядом, а Мишка растянулся на животе на носу лодки, изображая носовую фигуру корабля в положении лежа. Балдел, одним словом. Я неосторожно оставила на дне катера все наши рюкзаки и полотенца, и они тут же намокли, потому что на дне была вода. Заметила я это, когда с полотенец уже капало. Убрала вещи под лавку, туда же положила пакет с персиками и фотоаппарат. Его я, впрочем, доставала каждые три минуты, чтобы фотографировать все-все-все.
Поначалу нам было немного не по себе, особенно когда лодка пошла бортом вперед. Здорово качало, брызги заливали очки. Боря сказал, чтобы я не боялась, что он – рулевой со стажем. Не соврал, поскольку одним из его многочисленных дипломов был диплом рулевого первого класса. И на буксире в Севастополе он когда-то работал. Только было это давно, и катер – это вам не буксир. И вообще, меня там не было, а навыки рулевого за столько лет и растерять можно.
Да, забыла рассказать. Когда нас инструктировал тот русский парень, мы увидели у причала очень странную лодку. Сплошь устланную узорными байковыми одеялами и драными ковриками. Они не только на дне лодке лежали, но и с бортов свисали – для красоты и мягкости. Только персидской княжны и Стеньки Разина не хватало. «Сколько здесь живу, никак к этим грекам не привыкну», – качал головой наш инструктор. А еще он очень радовался, когда Боря сказал, что можно по приколу переплыть море и попросить у албанцев политического убежища. «Не успеешь переплыть, пограничники быстрее. Вмиг повяжут!»
Лодку мы взяли на четыре часа. Думали, что будет более чем достаточно, но оказалось бесконечно мало. Было так хорошо, что не хотелось думать о времени! Плыли медленно, мимо нас то и дело сигали лихачи на быстроходных катерах. Минут через двадцать остановились поплавать. Вода прозрачная, видно, как глубоко на дне плавно шевелятся серые водоросли. Как волны.
Подплыли к берегу. Боря остался сторожить лодку – у него была книжка интересная, мы с Сашей исследовали берег, а Мишка удалился «посидеть задумчиво у соленого озерца». Еле докричались до него, чтобы плыть дальше. Так мы и делали. Понравится бухточка – встаем на якорь и плещемся до изнеможения. Когда Мишка с Сашкой уставали, они просто валялись на носу лодки, глядя вдаль.
Тут Мишка увидел мальчишек, ныряющих с невысоких камней в море. Он вспомнил свои подвиги во французском Касси, где прыгал с десятиметровой скалы, и решил повторить. Доплыл, спрыгнул, разочарованный, вернулся. Сказал, что глубина там небольшая, а внизу – острые камни. И что нужно быть безбашенным англичанином, выпендривающимся перед девчонками, чтобы нырять в таком опасном месте. И добавил, что девчонки – вообще не симпатичные! И мы уплыли к другой бухте, где не было людей, и остались там до вечера. Плавали, ели персики и хлеб, бросали монетки в воду, а Мишка нырял и доставал их со дна.
Глубина здесь была семь метров, мы это высчитали. Вытравили якорную цепь, замерили метровые отрезки и опустили обратно. Опустили, как оказалось, не до конца, до дна якорь не достал. Заметили это, когда дети уплыли к скалам исследовать гроты. Я вдруг обнаружила, что мы все дальше и дальше дрейфуем в море! И что детей наших уже не видно! Они это тоже заметили и здорово испугались. Боря сказал, что фигня, сами доплывут до нас. А я сказала, что замучаются плыть. Тогда Боря завел мотор, заложил лихой вираж и подплыл к берегу, чтобы забрать их на борт.
Жаль, но наше время уже вышло. Катер развил крейсерскую скорость, и мы чуть не проскочили Белую Виллу. Причалил мастерски, как будто Боря всю жизнь со штурвалом не расставался! Берег, и так немноголюдный, совсем опустел. Мы сдали катер, заплатили за бензин, бросили в машину сумки с полотенцами и пошли в ресторан.