Я подошёл к стене и прислонился лбом к холодному камню. Помогло слабо, точнее, совсем не помогло. Я посмотрел на Асторию. Может, Дафну на неё напустить? Она из неё живо дурь выбьет. Если только, конечно, это всё уже не было заранее согласовано, и Астория издевается надо мной на вполне законных — с её точки зрения — основаниях.
— Хорошо! — сказал я. — Будешь разминать пальчики.
— Ура! — запрыгала она на одной ножке, а потом остановилась и сообщила мне: — Вечеринка сегодня после девяти в нашей гостиной.
— Какая вечеринка? — не понял я.
— Я так много всем рассказывала о том, какой у меня замечательный парень, вот девчонки и захотели посмотреть…
Я понял, что я сейчас кого-нибудь пришибу. До первого урока ещё двадцать минут — как раз чтобы успеть добежать до боксёрского зала, десять минут усердно помесить грушу и вернуться к началу урока по заклинаниям.
— Гарри! Гарри! — расстроенно кричала она мне вслед, но я уже не слышал.
Вечером, получив от Краба с Гойлом причитающуюся порцию тумаков и заверений, что тупее меня они никого ещё не встречали, я решил прощупать почву:
— Я хотел с вами поговорить, — нерешительно сказал я, пока Краб снимал с меня перчатки.
— Понятно, — сказал он.
— Это по поводу одной нашей общей знакомой, — пояснил я.
— Понятно, — отозвался он.
— Вы её знаете. Это Луна Лавгуд. Помните, та белобрысая девочка, которая садится рядом с вами на наших совместных обедах?
— Я удивляюсь, — вклинился Гойл, — до чего некоторые люди любят сотрясать воздух, ничего ценного при этом не говоря.
— Тише, Грег, — цыкнул на него Краб. — Это, наверное, новая методика тренировки диафрагмы. Не мешай мне изучать.
— Да что там изучать-то? — удивился Гойл. — Шума много, толку — ноль.
— Короче, Поттер, — повернулся ко мне Краб.
— Короче, у неё в четверг День Рождения, — я замолк, подбирая слова
— Ещё короче, Поттер, — сказал Краб.
— Я предложил ей его отпраздновать в следующую субботу в “Кабаньей Голове”, — я снова замялся.
— Паузы, которые ты делаешь, настолько драматичны, что я сейчас обрыдаюсь, — прокомментировал Гойл.
— А вол, которого ты тянешь за яйца, уже льёт слёзы, — доверительно сообщил мне Краб.
— Мне нужно, чтобы вы поняли все нюансы, и я обдумываю, как вам их объяснить, — начал злиться я.
— А что тут понимать? — пожал плечами Гойл, на минуту вдруг став каким-то… нормальным. — Она думает, что она странная, и что с ней никто дружить не будет, и позвала только тебя. А ты хочешь собрать компанию и устроить ей сюрприз.
В который раз за день моя челюсть позорнейшим образом отвалилась.
— Не дрейфь, Поттер, — сказал Краб и хлопнул меня по плечу, от чего я едва не улетел в угол обниматься с Германом. — Мы бы очень огорчились, если бы ты нас не позвал.
Наутро я в совершенно дурном настроении топтался у входа в башню Рейвенкло. Вчерашняя дружеская вечеринка в узком кругу с предполагаемыми третьеклассницами Слизерина оказалась самыми настоящими смотринами в присутствии всей мелюзги с первого по четвёртый курс. Слава богу, Астория отгоняла желающих меня пощупать, и то иные так до конца и не смогли поверить, что младшей Гринграсс удалось захомутать самого известного мальчика магического мира Британии, а может, и всего Соединённого Королевства. В глазах малолетних — а некоторые же были совсем ещё крохи — представительниц самого расчётливого факультета так и плясали циферки упущенной вместе с таким женихом выгоды. Готов поспорить, что по окончании они забросали своих родителей письмами с требованием разобраться, как такое сокровище, как Чемпион и Чудо-Мальчик, ушло на сторону. В плюс Астории мне пришлось поставить то, что она без запинки называла меня “Гарри”, ни разу даже не попытавшись упомянуть моё реальное происхождение.
Ночью мне приснилось, что меня атакует толпа, нет, море котят — умильных, пушистых, с огромными глазками. Они накатывают на меня волной и я задыхаюсь и тону в массе очаровательных пушистых комочков. Проснулся я в холодном поту. Утром даже был соблазн сказаться больным и пропустить зарядку. И вот, теперь я с больной головой и в скверном настроении топтался я входа в Рейвенкло. Дверь открылась, и оттуда вышла Она. Я даже остолбенел от неожиданности. Предыдущая наша встреча состоялась в прошлые выходные в той же самой “Кабаньей Голове”. Чо тогда молча дырявила меня своим воловьим взглядом, пока её не утащила подруга. К счастью. Сейчас подруги не было, и в этом я увидел карающую десницу судьбы, решившую меня за какие-то провинности доконать.
— Гарри! — сказала она, и на её глаза навернулись слёзы. Точно, сейчас она начнёт мне про Седрика рассказывать. Какой он был хороший, добрый и умный. Спасибо, не надо, я и так уже всё знаю. Всем пионерам пример — вот он, наш Седрик. Летят самолёты — привет Седрику.
Дверь снова открылась, и оттуда выскользнула Лиза Турпин. Она быстро оценила обстановку и, слегка задрав нос, произнесла:
— Чо, ты что тут делаешь?
