Вечером на тренировке я начал задумываться, что всё-таки у Поттера какая-то тяжёлая карма. Иначе чем можно объяснить, что из густого тумана, в котором мы летали в поисках друг друга, на меня внезапно вылетела Кэйти и впечаталась на полной скорости, снеся с метлы. Два метра — это большая высота, особенно, когда на тебя сверху падает вполне неплохо сформировавшаяся девушка. Она, похоже, потеряла сознание, поскольку кулем лежала на мне, пока я восстанавливал дыхание. Потом она внезапно очнулась и села, мотая головой и, соответственно, ёрзая на мне. Сидя сверху и ёрзая на мне. Естественно, у меня в штанах сразу стало тесно. Кэйти вдруг почувствовала, что что-то не так, посмотрела вниз, под себя… Скорее всего, она ещё не полностью пришла в себя, поскольку ей вдруг пришло в голову проверить рукой. Обстоятельно так проверить. Поняв, что это совсем не огурец у меня в кармане, припасённый на чёрный день, она с криком:
— Нахал! — залепила мне пощёчину, вскочила и умчалась в туман. Когда я, дойдя до раздевалки, вручил ей брошенную метлу, она раздражённо вырвала её у меня и рук и сразу же ушла. Я пожал плечами. Позже, когда я занимался попкорном, я стал свидетелем её разговора с Анджелиной.
— Сестричка, какая муха тебя укусила? — спросила Джонсон, намыливая спину и ноги. — Я думала, что ты Поттера загрызёшь…
— Слишком много себе позволяет! — сразу же ушла в оборону Кэйти, очень завлекательно оттирая кожу между лопаток.
— Он к тебе, что, приставал? — насторожилась Анджелина.
— Типа того, — буркнула Кэйти.
— Ну-ка, рассказывай! — потребовала Джонсон.
— Да нечего тут рассказывать, — отмахнулась Кэйти. — Вылетел на меня из тумана и сбил с метлы. Когда я очнулась, чувствую — он… этим… — она стремительно начала краснеть, — упирается мне… туда…
— Ничего не понимаю, — тряхнула своей гривой Анджелина. — Он, что, пока ты без сознания лежала, раздел тебя и пытался вставить?
Я почувствовал, что тоже краснею, а виновник переполоха начинает набухать.
— Да нет же, — раздражённо стала объяснять Кэйти. — Я очнулась, лёжа на нём сверху. Никто меня не раздевал!
— Сама, что ли, разделась? — хихикнула Анджелина.
— Нет. Да погоди ты! — начала сердиться Кэйти. — Мы оба были в одежде. Просто я на нём лежала.
— Ну, и?
— И ничего. Я села, и у меня тут же закружилась голова. Я начала ею трясти, и тут почувствовала… под собой…
— Член, — подвела итог Анджелина. Кэйти опять покраснела.
— Да, это.
— Член, сестричка. Скажи — “член”!
— Отстань! — зарычала Кэйти. — Я сначала не поняла, что это, и решила потрогать.
— А-ха-ха! — залилась смехом Анджелина. — Ой, не могу! А бедный-то Поттер, представляешь, каково ему? Из тумана вылетает Белл, сшибает на землю и начинает лапать… А-ха-ха!
— Дура! — обиделась Кэйти.
— Ну, он хоть большой? — спросила Анджелина, отсмеявшись.
— Кто?
— Член.
Кэйти снова покраснела.
— Ну, сестрёнка, ты же всё ощупала, — не унималась Анджелина. — Какой у него?
Ещё сильнее покраснев, Кэйти показала длину между указательными пальцами рук. Неправда! У меня, как минимум, в два раза длиннее и в три раза толще! Я требую повторного обмера десятком независимых экспертов! Женского пола, естественно.
— У страха глаза велики! — хмыкнула Анджелина, глядя на разведённые на расстояние сантиметров тридцати пальцы Кэйти. — Туман, опять же. А мальчик-то — вырос, — вдруг сказала она. — Слышала, что в школе говорят?
Я навострил уши. Сейчас-то я точно узнаю, какие слухи ходят обо мне в Хогвартсе. Но, видать, не судьба. Девушки, домывшись, выключили воду, и Анджела что-то зашептала на ухо Кэйти, которая время от времени отстранялась и восклицала что-нибудь вроде:
— Да ну! Да ту гонишь! Да не может быть! Правда, что ли?
— Вот так-то, — закончила Анджелина. — Но мы с тобой уже старушки, вряд ли что нам светит. А жаль.
— Да тебе-то что? — задумчиво спросила Кэйти. — У тебя же свой гарем, — услышав это слово, я опять вздрогнул, — из близнецов.
— Запомни, сестрёнка, — покровительственно сказала Анджелина, наклоняясь в сторону от меня, чтобы вытереть ноги, — близнецов никогда не бывает много.
Кэйти наклонилась рядом с ней. Любуясь открывшейся картиной, я бросил в рот ещё кусочек попкорна.
— Хрум! — заплясало отражённое от стен душевой эхо. Девушки синхронно вздрогнули и разогнулись, пугливо оглядываясь по сторонам.
