Было видно, что разговор со мной выводит его из себя. Мне, со своей стороны, вдруг показалось, что старик Хасан, которого я встретил в цветущем оазисе посреди раскалённой пустыни, всё-таки поделился со мной особым умением. Отчего-то я знал, что говорить и как, чтобы этот стоящий передо мной человек, нож на поясе которого явно познакомился не с одним десятком глоток, в итоге рассказал то, что мне нужно — а именно, не встречал ли он черноволосого бородатого волшебника в кожаной куртке на молнии.
— Не ударит, — сказал я. — Даю слово.
Я посмотрел прямо в чёрные глаза Даморы. Что-то прочитав в моём взгляде, она кивнула мне и, не отворачивая глаз, дёрнула отца за рукав. Он недовольно на неё покосился и хмыкнул.
— Хорошо, Алекс, — согласился он. — Нас пятьдесят… — Дамора снова его дёрнула. — Сорок восемь. Двое умерли этой ночью… Совсем нет припасов, немного воды, ещё трое тяжёлых и четырнадцать легкораненых. Двенадцать детей и восемнадцать женщин. Мы идём на восток, — махнул он рукой, — в ближайший город, который отсюда в трёх днях пути…
— Понятно, — пожал я плечами. Не так уж трудно было, не правда ли? Мог бы с этого и начать, а не с наставленных на нас пушек. — Ты не хочешь всё-таки выслушать мою просьбу?
— Излагай, — величественно предложил он, складывая руки на груди.
— Ты не мог бы выстрелить вот в этот камешек? — попросил я, показывая в сторону, чтобы он ненароком не вздумал пальнуть в тот, за которым по-прежнему тихо и терпеливо ждала Беллатрикс.
Он усмехнулся, сдёрнул с ружья свой устрашающего вида агрегат, целиком состоящий из медных — а кое-где и латунных — деталей, сложил его пополам, как обычный дробовик, вложил туда один из своих патронов, прицелился и нажал на курок. Я заметил, что ещё в тот момент, как он потянул лямку ружья, меня окутала тонкая, почти невидимая плёнка Протего. Чёрт, как именно ей удаётся это делать? Она же от меня в десятке метров, и при этом без напряжения укутывает меня щитом! Ружьё громыхнуло, и воздух передо мной словно подёрнулся рябью. Под ноги Руморку выпала та самая голубая колбочка, которая будто натолкнулась в воздухе на какую-то преграду, достаточно при этом мягкую, чтобы пуля о неё не раскололась… Дамора наклонилась, быстро надевая перчатку, подхватила шарик и бросила в сторону — и от меня, и от своих соратников. Очень хорошо бросила, кстати. Едва заряд коснулся земли в шестидесяти или семидесяти метрах от нас, прогремел довольно чувствительный взрыв.
— Но ты ведь это и так знал, Руморк? — спросил я, поглядев на собеседника.
— Да, — нехотя согласился он. — Я не знаю, как ты смог проникнуть в Круг, но пока ты в нём, ты под надёжной защитой.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда давай сюда своих раненых.
Хоть Белла и уверяла меня, что в целительстве не понимает совсем ничего от слова “полный профан”, но трое “тяжёлых” в итоге спокойно поднялись и ушли на своих двоих. С легкоранеными проблем у неё вообще не возникло — имевшиеся зелья и простые заклинания достаточно быстро ликвидировали все проблемы. Ушло, правда, на лечение семнадцати больных около трёх часов.
— Чёрт, почему не на сутки раньше? — сокрушался Руморк, с открытым ртом следящий за процессом. — Уриморк и Паморк были бы ещё живы…
Мне было видно, что сидящая у самой границы Круга Беллатрикс буквально следует заветам Аластора Муди и постоянно шарит глазами по сторонам, чтобы быть начеку. Я первым делом обозначил границы Круга — Дамора помогла мне, обходя его снаружи и бросая в меня камнями. Как я и ожидал, невидимая преграда не пускала жителей этого мира к Арке, но совсем не мешала тем, кто пришёл “с другой стороны”. После этого я вдали от людских глаз распотрошил свой рюкзак, вытаскивая запасы еды и питья. Конечно, этого было немного — всего лишь мой рацион на три недели вперёд, но не евшим три дня людям и этого было более, чем достаточно. Я обратил внимание, что та же Дамора сначала убедилась, что по порции еды досталось всем, крутясь и разнося мои припасы своим соплеменникам, и лишь потом уселась в сторонке и, тихонько урча, как голодная кошка, стала уничтожать свою. Я деликатно отвернулся в сторону, чтобы не смущать её невольным вторжением.
Усевшись на землю перед Беллатрикс, Руморк о чём-то с ней разговаривал. Я подошёл ближе и навострил уши, стараясь запомнить как можно больше.
