Политика — штука грязная, а собранной информации вполне достаточно для строгого медвежьего рыка, что осадит Демидовых и Воронцовых в их справедливом, в общем-то, желании открутить голову старику, который так хочет остаток лет спокойно провести рядом со своей дочкой!
Почему же бумаги до сих пор так и лежали мертвым грузом в защищенном всеми возможностями тайнике? Все просто — детский сад дочери принадлежал Ордену. И условия содержания там были царские. Руководство местного отделения Товарищества вовсе не хотело, чтобы столь опасный зверь как Повилас думал, что его ребенка держат в заложниках.
Чем заняться в госпитале, когда белоснежный потолок уже изучен вдоль и поперек, а от восхитительных медсестричек, по слухам, славящихся не только высоким целительским искусством, но и отзывчивостью, получил по рукам со словами «Куда, больной, с того света только что вернулся!…». Соврали, значит, злые языки. Про руки, конечно, фигурально! Не стал бы аристократ, пусть и не потомственный, столь вульгарно пытаться установить тактильный контакт. Хотя восстанавливающийся тело было очень даже не прочь, но воспитание, чтоб его! Дурацкая ситуация, на самом деле: вокруг столько классных девчонок, а ни-ни. Уже и Демидова, что обосновалась в гостинице при госпитале, по этому поводу прошлась неоднократно, пользуясь тем, что Матвей не всегда был в силах быстро придумать остроумный ответ.
С другой стороны, парень всегда мог сослаться на свое состояние: мол, вовсе он не тормоз этакий, а просто в голове муть все никак не желает проходить после обширной потери крови. Что было абсолютной правдой. И тот факт, что и в прошлом большинство словесных баталий острой на язык Ольге Воронцов проигрывал никакого значения не имеет. Правда-правда! А с другой стороны, такая позиция отдавала инфантилизмом. Не справляешься? Найди пути и научись! Почитай там чего-нибудь на досуге… Благо времени сейчас есть немало! Вот только с какими трудами познакомиться, чтобы хоть чуть-чуть чаше выигрывать в словесных баталиях не только звонким шлепком по упругой попке (сильное средство — Матвей прибегал к нему не часто!), но и силой слова, что сильнее кулака, но, как оказалось, слабее крепкой ладони, он не представлял. Ну, не Пушкина же в помощь призывать! А словарь тюремного арго в общении с Демидовой использовать как-то не комильфо!
С девушкой, кстати, тоже все непросто. Вот чего она в медицинском городке себе номер сняла: волнуется или просто уверена, что под мощными щитами и защитой словом государевым чувствует себя спокойнее? Так ведь и серьезную охоту за местными сестричками не начнешь! А с другой стороны она и сама все прекрасно понимает: обещаний никто никому не давал, деды еще лет 10 могут детали утрясать, пока не сговорятся (да и сговорятся ли!), а Матвей таки вовсе не монах и целибат не принимал. Отношение к Демидовой у него тоже то еще: юношеской влюбленности нет и в помине. Увы. А если бы и была, то парень замечательно научился справляться с этим чувством по заветам своего деда: «Теряешь контроль — п***уй в бордель!». Вот так прямо и посоветовал в свое время. А потом не забывал регулярно напоминать о данном правиле. Было тогда Воронцову шесть лет… Шутка, конечно, но именно в таком ключе разговоры с аристократами начинаются очень рано, чтобы избежать кучи проблем в будущем. Причины подобного отношения к «бесконтрольным чувствам» еще дядька по фамилии Шекспир неплохо раскрыл. Вот только в современном мире имперской аристократии, где ты и твой соперник (а может даже и твоя избранница, коли вздумаешь с ней не самым лучшим образом поступить!) оснащены отнюдь не безобидными «зубочистками», а тяжелым вооружением и мощнейшими конструктами, подобные «ошибки» сказываются не только на поддавшихся эмоциям «дурачках», но и втягивают в водоворот родовых войн множество жизней и судеб.
Зато вместо непродуктивной и конечной во времени влюбленности, вполне себе наличествовали такие эмоции как уважение, доверие интерес и, что уж греха таить, сексуальное желание.
В мире аристократии про такие ситуации отзываются однозначно — повезло! Да и в большинстве случаев, если спросить, «По любви ли ты женился?» едва ли не каждого аристократа, то в ответ можно получить лишь что-то вроде «Глава Рода сказал, что по-любому!». От пола ответ не зависит.
— А сегодня мы будем учиться ставить уколы, доктор уже пообещал мне самый большой шприц!
Легка на помине.
— Только я боюсь, руки дрожат, да и…
