Двигатель завелся мягко, но ровно, услаждая слух узника. Он счастливо закрыл глаза и откинулся в кресле, чувствуя как ровный и мощный звук ожившего бензинового зверя отдается легкой вибрацией в корпус. Однажды Николаичу, еще в казавшемся сейчас таким далеким детстве, удалось побывать на концерте. Его настолько впечатлили скрипчатые переливы под аккомпанемент оркестра, что он безумно захотел познакомиться с автором. Позже ему объяснили, что тот давно умер. Мальчишка слегка погоревал, но тогда для себя решил совершенно точно — этот Вивальди мужиком был неплохим! Однако даже те волшебные звуки не шли ни в какое сравнение с ревом стального зверя под капотом этой красавицы…
— Ты когда-нибудь в Зимнем дворце бывал? — Неожиданно вплелся в рокот двигателя голос владельца сего чуда.
— Шутить изволите? — Николаич решил, что к человеку, что смог «приручить» такую малышку, можно обратиться и на «вы».
— А где знаешь?
— Так то в Питере, километров сто отсюда будет.
Франт покачал головой.
— Успеешь за два часа — твоя будет, — пообещал майор Ефимовский, приходившийся Андрею Ивановичу батюшкой. — Когда-нибудь.
Больше заключенный не сомневался, и, переключив АКПП в нужное положение, нажал педаль газа.
Что характерно, его никто не остановил.
А слово свое Иван Сергеевич сдержал. Лет через десять с того дня «Чайка» списана и торжественно вручена Николаичу при всем честном народе. А тот и не удивился даже. К тому моменту верил он уже генерал крепко.
А лимузин с именем собственным «Надежда», до сих пор стоял в гараже его загородного дома. Давненько владелец не выводил его на свет божий, лишь изредка позволяя себе отрешиться от мира, ровно как и пятьдесят лет назад откинуться в кресле и просто слушать звук мотора.
Однако годы берут свое. Реакция не та, да и… Да и много чего!
Вот теперь он уже не водитель первых лиц канцелярии, а уткнулся головой в руль хоть и чертовски удобного, а все же обычного микроавтобуса, напичканного всем чем только можно по последнему слову маготехники. Да только машина хоть и из гаража спецов, а все ж таки вспомогательное оборудование, на операциях необходимое, в основном перевозит. А и ничего! Зато нужен, молодежь с уважением смотрит!
— Чего взгрустнул, Николаич?
— Да ничего, Сашка, — грустно улыбнулся тот: ну вот, даже и не заметил, как дверь открылась. Может и правда пора на пенсию? — Ты чего здесь?
— Итальяшек перевозим, — усмехнулся боец в черном камуфляже. — Там сейчас все как сельди в бочке. А у тебя оборудование по классу «три анечки». Все равно кто-то сопровождать должен, вот я и…
— Сбежал, хитрец! — вернул усмешку старик.
Молодой воин лишь развел руками:
— Поехали, отстанем! — подколол пассажир водителя, указывая на уже выруливающий с территории внутреннего дворика канцелярии точно такой же автобус.
— У меня не уйдет! — хитро подмигнул дед, буквально словно приклеенный повторяя маневры ведущего.
Они успели отъехать только на полтора километра.
…
Одна секунда решила все.
Каким чутьем почувствовали угрозу одновременно Николаич и Сашка не смог бы просчитать и самый невероятный вычислительный комплекс. Короткий взгляд на молодого, уверенный кивок в ответ. Все всё понимают. Это был идеально выверенный маневр. Точнее и лучше Николаич не смог бы даже в молодые годы. Именно он и стал последним, когда в борт их «Мерседеса» влетела реактивная граната… Предназначавшаяся головной машине, что тут же рванула торпедой в городской поток. Помочь своим коллегам они уже не могли. Старый и молодой мужчины погибли мгновенно в цветке взрыва.
