«Во-вторых» было не легче, а на ум приходило иной раз даже раньше. Его собственное имя было похищено. Причем не приезжим недотепой, а каким-то безжалостным, бесчеловечным, а то и безумным убийцей, промышляющим в Новом Бангоре. Это пахло уже по-настоящему скверно. Человек, выдающий себя за Гилберта Уинтерблоссома, потрошит людей, нарочно забавляясь, прямо на улицах! Визитная карточка в зубах!.. Шарпер прав, это не простой жест. Это вызов, это презрительный плевок в лицо полиции города. А еще ловкий и циничный трюк.
Герти пытался вспомнить лицо того попрошайки, что вытянул у него портмоне. Пытался, и не мог. В тот момент он был слишком удивлен и напуган, а лицо попрошайки покрывали обильные разводы грязи. Даже увидь его Герти при свете дня посреди улицы, и то едва ли узнал бы. Запомнился лишь странный кашель и вылетающая изо рта черная угольная пыль… Шарпер говорил что-то про проклятых угольщиков, которые шляются по улицам, некстати вспомнилось Герти. Уголь, угольщики… Нет, ерунда какая-то. Этот человек не выглядел так, будто торговал углем. Скорее, он выглядел так, будто имел привычку съесть кусок-другой хорошо пропеченного антрацита вместо бифштекса…
Страшнее всего делалось при мысли о том, сколько еще в портмоне оставалось визитных карточек. Если каждая из них будет помещена в закостеневший рот мертвой жертвы, Новый Бангор надолго запомнит мистера Уинтерблоссома…
Третья проблема, мучившая Герти, выглядела совсем несерьезной на фоне предыдущих, но оказалась на удивление досадной. Она тоже касалась его портмоне. В украденном портмоне лежали все его деньги. Чек на двадцать фунтов стерлингов, а также банкноты на десять, и еще несколько шиллингов мелочью. Мелочь Герти, следуя советам опытных путешественников, еще на палубе «Мемфиды» пересыпал в карман – на почтовые марки, газеты и сигареты. Выйдя из Канцелярии и с невыразимым облегчением вдохнув свежий воздух, он тщательно пересчитал монеты. Выходило одиннадцать шиллингов и двадцать пенсов. Весьма скромная сумма в его ситуации, пришлось признать Герти. Почти ничтожная. Оказавшись в подобном положении в Лондоне, Герти не колеблясь выписал бы чек, но здесь все было совсем иначе… Увидев его имя на чеке, банковский клерк мигом кликнет констебля, и отправится мистер Уинтерблоссом в казенное учреждение, визит в которое, вероятно, не будет стоить ему ни единого пенни, только вот затянется на долгое время. А то и… Говорят, бюрократия и крючкотворство, делающие судебную систему метрополии грузной и тяжеловесной, еще не добрались до колоний Ее Величества, оттого правосудие чинится здесь с похвальной быстротой. Бывает, судья еще поправляет очки на носу, пытаясь понять суть обвинения, а какой-нибудь расторопный джентльмен уже прикладывает к твоей шее пеньковый галстук, пытаясь сообразить, какой длины понадобится веревка…
Номер в «Полевом клевере» обошелся Герти недорого, два шиллинга в день. Одиннадцати шиллингов хватило бы ему, чтобы провести здесь пять дней. Но Герти не думал, что придется провести в гостинице столько времени. Он чувствовал, что по горло сыт Новым Бангором. Сыт, как человек, пообедавший на три фунта стерлингов в привокзальном буфете и теперь испытывающий ужасное несварение желудка вкупе с изжогой. В общем, пребывал он в том состоянии, когда всякий поневоле захочет промокнуть губы салфеткой и поднять руку, подзывая официанта со счетом.
Он собирался покинуть остров настолько быстро, насколько это представится возможным.
– Долго пробудете здесь, полковник Уизерс? – вежливо спросил консьерж, вписывая его имя в специальный журнал.
– Возможно, день или два. Кстати, могу я обратиться к вам за справкой?
– Конечно, сэр. Что вас интересует?
– Какие суда отправляются из Нового Бангора в ближайшее время?
– О, это легко, сэр. Четырнадцатого мая отходит «Герцогиня Альба», идущая в Хёнкон[37]. Двадцать шестого «Дымный» отправляется в Кейптаун. Если не ошибаюсь, в начале июня еще должен быть рейс на Борнео…
– А «Мемфида»? – торопливо спросил Герти. – Она ведь еще в порту?
– О нет, сэр, уже отчалила.
– Так быстро? – изумился Герти.
– Насколько я знаю, она заходила лишь загрузиться водой и углем. Такие суда не проводят в Новом Бангоре много времени.
– Я думал, она заберет с собой и пассажиров.
– «Мемфида» не перевозит пассажиров, сэр, это грузовой корабль.
– Однако именно на нем я прибыл из Лондона.
– Возможно, сэр. – По лицу консьержа было видно, что он не собирается спорить, даже если постоялец начнет утверждать, что не далее как вчера прибыл с планеты Марс на старом зонте.
– А до четырнадцатого мая…
– Ни одного пассажирского корабля, сэр.
– Но сегодня только восемнадцатое апреля, – заметил Герти обескуражено. – Значит ли это, что почти целый месяц у Нового Бангора не будет сообщения с метрополией?
– Весной у нас мало кораблей, сэр. Но дважды в неделю из аэропорта отходит «Граф Дерби», он делает регулярные рейсы до Веллингтона и Канберры. Очень комфортный дирижабль, сэр, лучший в своем роде.
