Происшествие было столь необычным, что не знаешь сразу, как его и обозначить. Если в двух словах, то - Мелитриса пропала, если подробно рассказывать, то получается большая нелепица. Как может пропасть среди бела дня из дворца человек, да еще если этот человек фрейлина самой императрицы?
Но, видно, кто-то что-то знал наверняка, а может, догадывался, потому что усилий к поиску пропавшей не предпринимали никаких. И вообще все слишком быстро успокоились.
А дело было так. День выдался хлопотный, и Верочка Олсуфьева появилась в спальне только к ночи. Мелитрисы в комнате не было. Укладываясь спать, Верочка подумала, что, очевидно, к подруге приехал опекун. Странно только, что она не надела на свидание любимое платье-роброн цвета весенних фиалок. Платье это с накладками из флера и золотой бахромой - очень красивое висело на спинке кровати. Может, Мелитриса его жалеет, не носит часто, чтоб не обтрепалось.
Среди ночи Верочка проснулась, заглянула за ширму- кровать Мелитрисы была пуста. Это становилось интересным! Может, это и не опекун, а настоящий воздыхатель появился? Одно дело целоваться в коридоре, и совсем другое- не явиться домой ночевать. Беспокойство тоже было, сверлило душу потихоньку. Но за свою фрейлинскую жизнь Верочка всего насмотрелась, поэтому повернулась на другой бок и уснула.
Утром никто не заметил пропажи Мелитрисы, Верочка тоже молчала- ждала, мало ли какие дела могли задержать подругу в городе. Но она не пришла и к обеду, и к ужину, здесь уже следовало бить тревогу. Ни шубы, ни капора Мелитрисы на месте не было, все это внушало самые серьезные опасения.
Лучше было бы сообщить о пропаже фрейлины принцессе Курляндской, в трудные минуты она может быть и добра и понятлива, но мадамы нигде не было, Пришлось говорить со Шмидшей.
Вредная чухонка вначале ничего не хотела понимать, а может быть, делала вид, что ничего не понимает. Потом вдруг раскричалась:
- Добегались, допрыгались! Вертихвостки, вертопрашки, капризницы! Никуда не пропала ваша Репнинская! Куда ей пропасть? Или утопилась, негодница?
Последнее предположение было выкрикнуто просто так, с пьяных фантазий. Шмидша готовилась ко сну, уже расплела надвое хилые седые косы, облачилась в теплую ночную рубашку и приняла две немалые чарки восхитительного горячительного напитка, а тут... здрасьте! Фрейлина исчезла!
Через минуту смелое предположение Шмидши стало достоянием всего фрейлинского крыла. Теперь уже никто не сомневался в истинной картине происшедшего, спорили только о способе исполнения.
- Где утопилась-то? Зима, чай... Ведь не в корыте?
- Зачем в корыте? В Неве...
- Или в Малой Невке... в фонтанной реке. Возможностей много! Прорубь только найти!
- Ах, несчастная, бедная мученица Мелитриса! Плач и вой стоял до тех пор, пока не вернулась во дворец принцесса Курляндская. Она невозмутимо шествовала по анфиладе комнат к своим покоям, а к ней одна за другой кидались заплаканные перепуганные фрейлины. Когда гофмейстерина приблизилась к своим апартаментам, плач стих. Она попросила зайти к ней Верочку Олсуфьеву, да, да... именно сейчас, это дело не дотерпит до утра.
- Верочка зашла в знакомую гостиную, остановилась у двери.
- Это вы, фрейлин, подняли шум? - в голосе принцессы прозвенел металл, правда пока не грозно, а эдаким нервным колокольчиком.
- Я, ваша светлость.
- Как вы посмели говорить, что Мелитриса утопилась? Это не просто дерзость! Это... кощунство!
Маленькая принцесса быстрым шагом прошлась по комнате, когда она нервничала, то заметно хромала.
- Ничего подобного я не говорила, - обиделась Верочка. - Что, мол, утопилась, сообщила госпожа Шмидт.
Принцесса словно споткнулась и упала в кресло.
- Старая дура! - фраза была произнесена вполголоса, но принцесса тут же пожелела о сорвавшемся с губ восклицании.
Умные Верочкины глаза смотрели пытливо, она ждала пояснений.
- Госпожа Шмидт просто решила попугать вас. На самом деле все обстоит совсем не так.. Мелитриса уехала, - она вздохнула и добавила: - в Псков, в свою усадьбу Котину.
- Вот как? Насовсем?
- Я не знаю... Может быть, и насовсем. Этого еще никто не знает, глаза принцессы смотрели куда-то вбок, да и выражение лица было словно скошенное.
- А почему она уехала? И со мной не попрощалась?
- Тетка... вы знаете, у нее есть престарелая тетка. Так вот- она умерла, - принцесса встряхнулась, словно обрела, наконец, линию поведения.
- Но Мелитриса не получала никаких писем.
- Ей и не надо было их получать. Достаточно, что это письмо получила я. Умерла тетка, и мадемуазель Репнинская уехала на похороны. Я не вижу в этом ничего странного! - С каждым словом принцесса словно подхлестывала себя, взвинчивала, а потом уже стала кричать в лицо растерявшейся Верочке. - Теперь идите! И не смейте баламутить головы другим! Если надо будет, я сама все объясню!
- Да пожалуйста! - прошептала Верочка обиженно. - Только один вопрос. Можно?
- Какой вопрос?
- Князь Оленев, опекун Мелитрисы, знает?
