Что еще оставалось делать Сарите? Только слушать…
Горячее вино с пряностями сделало свое дело.
Тони отлично выспалась, и теперь была бодра и весела. Только вот…
Она-то тут! А Сарита – в магазине! И что делать?
Завтракать, конечно! И опять наносить на лицо снадобье мастера Доменико, чтобы никто не сомневался в ее непривлекательности. А потом спешить в магазин!
Туда должен прийти тан Риалон. И… Сарита там, и наверняка Рейнальдо. А еще интересно, что там с убийством…
И самая веская причина.
Тони жутко хотелось удрать из дома ДО того, как проснется Эудженио. Она просто не знала, как к нему относиться. Она боялась себя, своих чувств, своих мыслей, боялась, но… что поделать?
Она. Его. Любит.
Он. Любит. Другую.
А еще у него такая профессия – жиголо. Да, сами с собой будем честны, Хуан Амон ей про таких рассказывал. Не просто так, поболтать, нет. Жиголо иногда работали в тесной связке с такими, как Хуан, и ничего удивительного.
Ты молод, но беден.
Тебе приходится ублажать старую уродину, а иногда и старого урода – как повезет.
А ведь люди, которые платят тебе деньги, за них требуют стопроцентной отдачи. Шкуру спустят и по миру пустят. И нервы помотают, и злить будут, и… чего только не случается.
Как тут не отомстить?
И немножко заработать себе на старость…
Так что профессию Дженио Тони не осуждала. Люди таким не от хорошей жизни занимаются, далеко не всегда. Кто-то профессиональная проститутка, такое бывает. Не хочется человеку работать, вот он и торгует, чем есть, в надежде сколотить капиталец до старости.
А кто-то и не для себя старается. Кто семью вытягивает, кого подставили, обстоятельства бывают всякие. Какие они у Дженио?
Какие угодно.
Он может быть из бедной семьи. Он может кого-то содержать. Он может быть кому-то должен, и даже не обязательно он. Бывало и такое, что братья сестер закладывали. И наоборот бывало.
С изнанкой жизни Тони была знакома достаточно неплохо, хотя и только по рассказам.
Но как узнать у Дженио, почему он на это пошел? И… стоит ли?
Если ты любишь человека, ты его любишь целиком. И с достоинствами, и с недостатками…
Если ты его не принимаешь, осуждаешь, пытаешься поменять… а ты точно любишь этого человека? Или ты любишь свои представления о нем?
Тони была в таком душевном раздрае, что решила не добавлять себе новых переживаний. И удрала с утра пораньше, даже не обратив внимания на слова сеньора Фарра о том, что молодые потребовали себе еды и побольше, видать, переутомились ночью. Не до того…
Рейнальдо ее встретил на пороге.
– Тони, там некромант.
Антония Даэлис Лассара расправила плечи.
– Карраско?
Почему-то первая ее мысль была о Карраско. И кто бы знал, как ее это взбесило! Явился тут, с утра, настроение портить…
– Тан Риалон.
Тони расслабилась. Эрнесто – это хорошо.
– Мы представляем тебя – ему?
Рейнальдо подумал пару минут.
– Да. Но пока как Игнасио, хорошо?
Тони подумала, что опытный некромант и без имени может многое сделать с призраком. Но спорить не стала. И улыбнулась, открывая дверь магазина.
– Доброе утро, тан. Правда, не припомню, чтобы давала вам ключи.
Эрнесто пожал плечами.
– Я взял ключи сеньоры Маркос. Сеньориты Луисы, точнее. Без спроса и мне жаль, но…
– Но здесь ваша… эээ…
– Называйте ее близкой знакомой, – предложил Эрнесто, целуя Тони руку. – Как вы себя чувствуете, Тони?
– Я выспалась и отдохнула, – откровенно призналась девушка. – Кошмаров мне этот труп не подарил. Это снова то же самое?
– Да.
Тони поежилась.
– Уже нигде нельзя чувствовать себя в безопасности?
– Да. Не ходите одна по ночам. И… Тони…
Эрнесто протягивал девушке ленточку с рукава погибшей женщины.
Тони посмотрела на нее, сморщила нос, но выбора не было.
– Опять ничего?
– Пустота.
– Хорошо.
Девушка крепко сжала клочок ткани в ладонях – и вспышкой пришло видение.
