Но ей никто не вышел на помощь. Надежда Ивановна, сама дотащила сумки до кухни и стала их разбирать. Краем глаза она заметила, что плита как была пуста, так и осталась, на столе тоже признаков приготовленного обеда не наблюдалось.
Злость потихоньку начала подниматься где- то изнутри, но еще не прорвалась наружу. Она заглянула в детскую- Мариша спала в кроватке, Лена сидела в ее комнате на кресле перед включенным телевизором, а в руке у нее была открытая бутылка пива.
– Ты с ума сошла! – от возмущения у Надежды даже перехватило дыхание. – Тебе же ребенка грудью кормить! И где ты взяла пиво?
– Жарко, захотелось, – пожала она плечами и снова приложилась к бутылке.
– Ты бросала Маришку одну и бегала в магазин?
– Она спала, ничего страшного не случилось.
– Так, я тебе не позволю сегодня кормить ребенка, будешь сцеживаться и выливать!
И Надежда Ивановна в сердцах, вышла из комнаты, потом, немного подумав, взяла кошелек и сумку и направилась в гастроном за детским питанием. Если у ребенка беспутная мать, то кормить ребенка придется ей самой.
С этого дня Лену словно подменили. Она уже не пыталась даже кормить ребенка, ела и пила что хотела, и стала отпрашиваться по вечерам к подружке или погулять в выходные.
Надежда через знакомых достала финское детское питание, да записалась на молочную кухню. Маришка не голодала, а неплохо так стала набирать вес, уже улыбалась ей и гулила во всю. Она души не чаяла в этом крохотном создании, и не понимала, как Лена может игнорировать свои материнские инстинкты.
Надежда Ивановна терпела Ленку, все же та была мать Марины, да и одной было не просто справиться с ребенком, хозяйством и работой. Пару раз заходила сваха, она пробовала ей жаловаться на дочь, но той было все равно, очевидно, она и не ждала от Лены ничего хорошего.
Лена все чаще стала пропадать по вечерам, являлась выпившая и веселая. Надежда Ивановна пару раз попыталась высказать свое недовольство и призвать нерадивую мать к своим обязанностям, но та лишь в ответ смеялась или в пьяном виде открыто посылала ее куда подальше.
– Мне нужны деньги на операцию, – как- то вечером за ужином, потупив взор сообщила Лена.
– Что за операция?
– Кисту надо вырезать, гинеколог сказала, что после родов появилась и надо удалить пока не разрослась.
– А почему платно?
– В частной клинике быстрей и лучше, в обычной очередь на операцию. Вам денег жалко? – Лена с вызовом посмотрела на свекровь.
– Нет, не жалко, если надо. Когда операция?
– Через два дня. Посидите с Маришкой?
– Хорошо, – кивнула она, прикидывая что педсовет придется перенести, а утром придется брать внучку с собой на работу.
На следующий день она вытирала пыль с полок, пока Лена гуляла с внучкой и увидела конверт с документами. Надежда в жизни не читала чужих писем и не заглядывала в чужие дневники, но сейчас… Это касалось не только ее, но и ее сына, а она просто обязана его защищать и оберегать. А ради сына она готова на все.
Не долго колеблясь, Надежда Ивановна заглянула в подготовленные документы. Как она и ожидала, это были документы к предстоящей операции. Предчувствие ее не обмануло, Лена шла на аборт. Боль разлилась в ее душе. Было обидно за Сергея, что так вляпался, было жалко Маришку, было просто противно. Вот зачем вся эта ложь, зачем нужна была эта свадьбы, зачем вообще рожала Маришку?! Нет, Маришка- это хорошо. Вначале она боялась, что девочка не от Сергея, но ямочка на подбородке, которая передается по наследству, убрала все сомнения. Ну хоть здесь Ленка не соврала, за что ей спасибо.
Дверной замок щелкнул и на пороге появилась Лена с ребенком на руках. Надежда Ивановна не стала прятаться и делать вид, что ничего не видела. Она демонстративно вложила документы обратно в конверт и молча вышла из комнаты.
– Это вам хорошо, вы старая, – крикнула ей в спину невестка. – А мне нужно общение, секс в конце концов. Я сижу тут в четырех стенах как в тюрьме, только и вижу что грязные пеленки, да постоянные бессонные ночи. Сергей хорошо устроился, ушел в армию и нет его, а ты тут одна разрывайся между дитем и домом. Так что нечего меня обвинять, я молодая, красивая, я жить хочу!
Надежда Ивановна не собиралась с ней выяснять отношения, она только посмотрела на разъяренную Ленку, молча взяла из ее рук Маришку и стала переодевать внучку.
– Я думала, что его из армии совсем отпустят, – продолжала скулить Лена, – но его все нет и нет… Может он там тоже уже с другой крутит, ему и дела нет до меня и дочки!
– Не говори глупости, – попыталась урезонить ее свекровь. – Армия – это не курорт, ты знала что он идет служить, сама ведь кричала что дождешься его, а теперь…
– Так не дадите денег на аборт? – всхлипнула Лена, опускаясь на табурет в прихожей.
– Дам, чтоб сына не позорить.
Она не стала писать об этом Сергею, решив, что такие новости в армию не сообщают. Но не собиралась молчать после его возвращения. Сейчас главное Маришку поставить на ноги.
