Кроме того, следует отметить, что такое полное изменение образовательного раскола существует и внутри каждой возрастной когорты. В более общем смысле, его можно обнаружить в группах, имеющих схожие социально-демографические и экономические характеристики. Начнем с влияния возраста. Можно подумать, что высокий процент людей с высшим образованием, проголосовавших за кандидата от социалистов в 2012 году, объясняется не образовательным эффектом как таковым, а тем, что люди с высшим образованием чаще всего моложе, а молодые чаще голосуют за левых. В какой-то степени это верно, и это помогает объяснить, почему разрыв в левых голосах между теми, кто имеет и не имеет высшее образование, немного уменьшается с возрастом, но можно показать, что эффект возраста относительно слаб. Действительно, есть много молодых людей без дипломов и много пожилых людей с ними, так что эти два эффекта можно четко разделить. В конечном счете данные однозначно показывают, в каждом исследовании за исследованием, что эффект образования в каждой возрастной когорте имеет примерно ту же величину, что и у населения в целом. Более того, небольшое возрастное смещение присутствовало всегда: молодые всегда были склонны голосовать за левых, а также чаще имели более высокий уровень образования, чем в среднем по всему населению; это верно как в 1950-х и 1960-х годах, так и в 2000-х и 2010-х годах. Формально кривая, полученная с учетом возраста в качестве контрольной переменной, всегда немного ниже кривой, полученной без контроля (поскольку часть образовательного эффекта связана с возрастом), но в первом приближении этот эффект был постоянным во времени, так что контроль возраста практически не влияет на величину тенденции, наблюдаемой за последние полвека, которая в этом смысле кажется довольно устойчивой (рис. 14.11).
Кроме того, следует отметить, что такой же общий эффект влияния возраста на голосование обнаружен и в других репрезентативных демократиях; в любом случае это не меняет вывод об изменении образовательного раскола. В частности, мы обнаружили, что с 1950-х по 2010-е годы избиратели в возрасте 18-34 лет в целом чаще, чем избиратели старше 65 лет, голосовали за левые партии во Франции, за Демократическую партию в США и за Лейбористскую партию в Великобритании. Причина этого заключается в том, что идеологическое позиционирование этих партий в целом было более благоприятным для устремлений молодежи (в частности, в отношении образа жизни и религии), в то время как правые партии занимали позиции, более соответствующие взглядам избирателей старшего возраста. Отметим, однако, что разрыв в голосах между молодыми и пожилыми избирателями был довольно волатильным во всех трех странах: он был особенно выражен в США в 1960-х годах, во Франции в 1970-х годах и в Великобритании в конце 2010-х годов; напротив, в другие периоды он был гораздо слабее (или даже незначительным), особенно после длительного пребывания у власти партий левого толка. В любом случае, хотя эта волатильность молодежного голосования интересна, она никак не влияет на основную тенденцию, которая нас в основном интересует, а именно: полный разворот образовательного раскола.
Интерпретация: В 1956 году левые партии (социалисты, коммунисты и радикалы) набрали на семнадцать пунктов меньше голосов среди избирателей с высшим образованием, чем среди избирателей без высшего образования; в 2012 году разница составила восемь пунктов в обратном направлении. Использование контролей не влияет на тенденцию, только на уровень. Источники и серии: piketty.pse.ens.fr/ideology.
