Капитал. Полное собрание пьес полностью

Очень кстати, что ты здесь.

Головко

Мне Сергей Иванович сказал.

Бобров

Садитесь, товарищи.

Все рассаживаются.

Бобров

Значит, давайте сразу о главном. Дело в том, что вчера в конце смены Андрей Денисович, так сказать, по личной инициативе сделал замеры допусков и расклина на северной. И получил, прямо скажем, плачевные результаты. Двадцать шесть и шестнадцать. Просто рев и ползанье… Так что сейчас надо срочно решить в отношении выборки и шатунов.

Викторова

И по поводу закрытия.

Бобров

Да, и по поводу закрытия, конечно. Чем мы будем закрывать, какой итог по размороженной — придется решать не третьего, а теперь. Немедленно.

Есин

Ну, если так дело обстоит, надо проверить вагранщиков, да и по опокам тоже.

Головко

В том-то и дело, что все остальное в полном порядке.

Есин

Так, значит, все дело в северном?

Фельдман

Все дело в уровне расклина. Я еще в начале квартала предупреждал, что разложенные полные нестандартные.

Бобров

Но они же были в пределе нормы?

Фельдман

В допустимом пределе. Но провозка и кромки очень сомнительные. Очень. Это Таганрог.

Павленко

Завьялов?

Фельдман

Завьялов.

Викторова

Я тогда еще говорила, что серое и провозка могут дать отклонения.

Бобров

Ну что теперь сетовать! Надо решать. Я предлагаю закрыть по-старому, а расклин понизить до нормы. А в следующем наверстаем.

Фельдман

Правильно. В конце концов общий план идет по норме.

Павленко

Значит, Виктор Валентинович, ты предлагаешь сделать приписку и, так сказать, спокойно сдать дела в архив?

Бобров

А что ты предлагаешь? Закрывать как есть? Лишить рабочих прогрессивки? Что важнее — люди или пробкодержатели?

Павленко

В том-то и дело, что люди. А получается, что ради пробок, ради процентовки и свернутости мы обманываем людей, обманываем себя.

Бобров

Игорь Петрович, мы никогда не были отстающим предприятием, ты это не хуже меня знаешь. Мы никогда не косились в платок, никогда по коленям у москвичей не ходили! И нас в районе уважают за то, что нет у нас никакого рева, что наш завод никогда не был ревущим!

Павленко

Тем более. Знаете поговорку: маленькая неправда рождает большую ложь?

Бобров (смеется)

Ну, Игорь Петрович, ты, я смотрю, с места в карьер! Не успел в новое кресло сесть, а уже пытаешься сделать из нас девчонок!

Павленко

Ничего я не хочу ни из кого делать. Просто я всегда был против приписок.

Васнецова

Я тоже против. Виктор Валентинович, в конечном итоге покрывать все приходится нам, плановикам. Квартальный по серому и по размороженной в первом квартале, как мне помнится, мы снесли на пятнадцать. Это же подсудное дело!

Бобров

Лидия Сергеевна, ну что за демагогия? Я что, эти восемь тысяч себе в карман положил? Мы же во втором сразу протянули клеевую и выправили баланс! Детский сад какой-то! Вы что, первый год на заводе? Не знаете, что такое платки?

Павленко

Зато мы знаем, что такое партийная честность.

Васнецова

Линию у нас учелночили только в прошлом году, а типизация — это только типизация.

Павленко

Типизация нужна таким, как Трушилин.

Фельдман

Я с вами не согласен. Производство — это не дратва, в конце концов…

Бобров

Правильно! Это не два и не три лица. А вот товарищ Павленко этого понять не хочет. Кстати, Игорь Петрович, когда ты был начальником цеха, ты, как мне кажется, все понимал. Все. И про завязи знал и оценивал по делу, а не по рёву.

Павленко

Я всегда был против приписок. А цех мой работал хорошо.

Викторова

Товарищи, но, может быть, все-таки найти какой-то компромисс? Может, дать нижнее по первым, вторым и восьмым?

Бобров

Глупость! Зачем эти кривляния? Мы что, бобы? Или, может, нам придется самим же и отпускать?

Павленко

Я за то, чтобы в квартальном отчете стояли реальные цифры.

Бобров

Можно подумать, Игорь Петрович, что ты тут один честный, а мы все жулики и плавуны! Я что, для себя это делаю? Мне важно качество продукции, понимаешь? Качество продукции! Какой прок от нашей честности, если она оборачивается против нас? Нас же в райкоме за такие цифры поведут на танцы! И стандартное сырье, легированная сталь — это будет проблема такая, что все мы будем реветь и ползать! Будут показывать пальцем!

Головко

Ну, а может, все-таки это не случайность?

Викторова

А что же?

Головко

Размороженная линия имела слишком третье, так сказать, задание. Напряжение сказывается на ящиках и, естественно, расклин будет расти. Как и тон в видимом. Мы не сдержим через пару лет.

Бобров

Пара лет! До этого надо еще дожить.

Павленко

Предприятие доживет. А вот каким оно доживет — от нас с вами зависит.

Бобров (вздыхает)

Товарищи, ну сколько можно? Сколько мы будем разводить демагогию? Это же не поле, в конце концов!

Павленко

Я считаю, что вопрос о линии нужно вывести на заседание парткома, а потом обсудить с рабочими на открытом партийном собрании. А цифры придется поставить.

Бобров