Капитал Российской империи полностью

Ограниченность капиталов вынуждала российских предпринимателей, компенсировать их недостаток усилением эксплуатации труда. Ответная реакция рабочих выражалась, главным образом, в стачках и забастовках. Особенно они усиливались во время кризисов, когда сохранение конкурентных преимуществ на рынке достигалось предпринимателями, прежде всего, за счет снижения издержек на рабочую силу. Массовость стачек поэтому является одним из достаточно надежных индикаторов состояния экономики на определенных исторических периодах. Рост стачечного движения в 1912–1913 гг. свидетельствует о росте напряжения в экономике, которое объяснялось, прежде всего, ее перегревом и приближением экономического кризиса: 

При этом протестное рабочее и крестьянское движение в России имело свои особенности. Оно выражалось в глубокой социальной дифференциации русского общества, которая приобретала даже не экономический, а расовый характер. Как замечал А. Кюстин еще в 1839 г., в России «богатые не соотечественники бедным»^{648}. И в подобных оценках наблюдательный француз был не одинок. Например, А. Грибоедов в своей «Загородной поездке» писал: «Если бы каким-нибудь случаем сюда занесен был иностранец, который бы не знал русской истории за целое столетие, он, конечно, заключил бы из резкой противоположности нравов, что у нас господа и крестьяне происходят от двух различных племен, которые еще не успели перемешаться обычаями и нравами». По словам же Н. Тургенева: «Нигде нет столь прочной и непреодолимой границы, установленной законом или обычаями между высшими классами и классами средними и низшими, как в России… русское дворянство уподобилось племени завоевателей, которое силой навязало себя нации…»^{649}.

Социальный капитал в России расходовался, «выбрасывался на ветер», с еще большей щедростью, чем капитал материальный. Причина этого заключается в том, что социальный капитал является не частным, а общественным достоянием, поэтому он и тратится легче… С наступлением капитализма, с уходом от патриархальной старины, нищета России в социальном капитале не уменьшилась, а наоборот обозначилась еще более контрастно: и прежде всего в крайней малочисленности в России среднего класса. Но именно доля среднего класса, при прочих равных условиях, определяет уровень накопления социального капитала. Состояние этой сферы России описывал еще А. Кюстин. По его словам, «торговцы, из которых составится когда-нибудь средний класс, столь немногочисленны, что не могут заявить о себе в этом государстве; к тому же почти все они чужестранцы»^{650}.

К началу XX века ситуация почти не изменилась: Годовой доход свыше 1000 рублей в 1910 г. по всей империи, согласно налоговым данным, получало всего порядка 700 тыс. человек, т.е. около 1% экономически активного населения^{651}. Подобный результат дает и оценка по жилищному налогу, который в России платили всего 640 тыс. человек. И именно эту группу можно отнести к условно всему среднему и высшим классам России! 

Лиц с доходом свыше 1 тыс. руб. (чел.) … 404 713 … 696 700

Лиц с доходом свыше 50 тыс. руб. (чел.) … 2845 … 3500

Общая сумма доходов (млрд. руб.) … 1,85 … 2,64

Конечно, это лишь приблизительные цифры, но тем не менее они дают представление о социальной структуре российского общества того времени. Подобная структура могла сохранять устойчивость только в случае существования ее в некой полуфеодально-полуолигархической форме, опирающейся на военную силу и монархическо-теократическое правление. Стоило этим основам хотя бы ослабнуть, крах всего общественного устройства становился неотвратимым.