Я показал уже («Капитал», кн. I, гл. III, 3, b), каким образом из простого товарного обращения развивается функция денег как средства платежа и вместе с тем отношение кредитора и должника между производителями товара и торговцами товаром. С развитием торговли и капиталистического способа производства, при котором производят в расчёте лишь на обращение, этот естественный базис кредита расширяется, получает всеобщее значение, развивается. В общем и целом деньги функционируют здесь лишь в качестве средств платежа, т. е. товар продаётся не за деньги, а под письменное обязательство платежа в определённый срок. Все такого рода платёжные обязательства мы можем для краткости подвести под общую категорию векселей. Такие векселя до истечения их срока и до наступления дня платежа, в свою очередь, сами обращаются как платёжное средство; они-то и образуют собственно торговые деньги. Поскольку они в конце концов взаимно погашаются при сальдировании счетов по требованиям и долгам, они функционируют абсолютно как деньги, так как в таком случае не происходит заключительного их превращения в деньги. Подобно тому, как эти взаимные авансы производителей и купцов друг другу образуют подлинную основу кредита, так и орудие их обращения, вексель, образует основу собственно кредитных денег, банкнот и т. д. Последние имеют своим базисом не денежное обращение, будь то металлические или государственные бумажные деньги, а вексельное обращение.
W. Leatham (банкир из Йоркшира) «Letters on the Currency». 2nd ed., London, 1840:
«Я полагаю, что общая сумма векселей за весь 1839 г; составила 528 493 842 ф. ст.» (сумма иностранных векселей определяется им приблизительно в 1/7 всего количества), «а сумма векселей, обращавшихся одновременно в том же году, – 132 123 460 фунтов стерлингов» (стр. 55–56). – «Векселя представляют собой составную часть средств обращения, превышающую по размерам все другие части, вместе взятые» (стр. 3, 4). – «Эта колоссальная надстройка из векселей покоится (!) на фундаменте, образованном суммой банкнот и золота; и если в ходе событий этот фундамент слишком суживается, прочности надстройки и даже её существованию грозит опасность» (стр. 8). – «Если взять все средства обращения» (он подразумевает банкноты) «и сумму обязательств всех банков, по которым может немедленно потребоваться платёж наличными, то, по моим расчётам, получится сумма в 153 миллиона, превращения которой в золото можно требовать по закону… а между тем золота на покрытие этих требований имеется только 14 миллионов» (стр. 11). – «Векселя нельзя поставить под контроль иначе, как создав препятствия возникновению избыточных денег и низкой ставке процента или учётной ставке, которыми порождается часть векселей и даётся толчок к большому и опасному их распространению. Невозможно установить, какая часть векселей возникает из действительных сделок, например из действительных покупок и продаж, и какая их часть искусственно создаётся (fictitious) и состоит из одних только бронзовых векселей, т. е. векселей, которые выдаются, чтобы заменить текущий вексель до наступления срока платежа по нему и, таким образом, создают фиктивный капитал из простых средств обращения. Мне известно, что во времена избытка денег и их дешевизны эта практика достигает огромных размеров» (стр. 43–44). – J. W. Bosanquet. «Metallic, Paper, and Credit Currency». London, 1842: «Средняя сумма платежей, совершаемых в расчётной палате» (где лондонские банкиры взаимно обмениваются подлежащими оплате чеками и векселями, коим наступил срок), «составляет за каждый день в среднем свыше 3 миллионов ф. ст., а необходимый для этого ежедневный денежный запас немногим больше 200 000 фунтов стерлингов» (стр. 86). {В 1889 г. общий оборот расчётной палаты составил 7 618¾ миллиона ф. ст. или круглым счётом за 300 дней в среднем 25½ миллиона ежедневно. –
О кредите вообще Тук говорит следующее:
