«В последнюю неделю апреля 1847 г. Английский банк известил Ливерпульский королевский банк, что с этого числа он наполовину сокращает учётную операцию с последним. Сообщение это произвело очень плохое действие, потому что платежи в Ливерпуле за последнее время гораздо больше производились векселями, чем наличными, и купцы, обычно доставлявшие банку много наличных денег, чтобы оплачивать этими деньгами их акцепты, в последнее время могли доставлять только векселя, ими самими полученные за их хлопок и другие товары. Явление это сильно распространилось, а с ним увеличились и затруднения в делах. Акцепты, которые должен был оплатить банк за купцов, по большей части выдавались за границей и до настоящего времени обыкновенно покрывались платежами, полученными за товары. Векселя, доставлявшиеся теперь купцами вместо прежних наличных денег, были различных сроков и различного рода; значительную их часть составляли банковые векселя сроком на три месяца; большое количество векселей составляли векселя под хлопок. Векселя эти акцептировались лондонскими банкирами, если они были банковыми векселями, в противном же случае – всякого рода купцами, бразильскими, американскими, канадскими, вест-индскими и т. д. фирмами. Купцы не выдавали векселей друг на друга, а клиенты внутри страны, покупавшие товары в Ливерпуле, оплачивали их векселями на лондонские банки, или векселями на другие фирмы в Лондоне, или векселями на какое-нибудь лицо. Объявление Английского банка привело к тому, что был сокращён срок для векселей под проданные иностранные товары, обыкновенно превышавший три месяца» (стр. 26, 27).
Период процветания 1844–1847 гг. в Англии, как указано выше, был связан с первой крупной железнодорожной горячкой. О её влиянии на торговые дела вообще названный отчёт сообщает следующее:
«В апреле 1847 г. почти все торговые фирмы начали более или менее свёртывать свою деятельность (to starve their business), помещая часть своего торгового капитала в железные дороги (стр. 42). – Под железнодорожные акции заключались и займы из высоких процентов, например из 8 %, у частных лиц, банкиров и страховых обществ (стр. 66). Ссужая такие огромные суммы железным дорогам, эти торговые фирмы, в свою очередь, были вынуждены брать у банков посредством учёта векселей очень много капитала с тем, чтобы на эти деньги продолжать ведение своего собственного дела» (стр. 67). – (Вопрос:) «Можете ли вы утверждать, что платежи по железнодорожным акциям сильно способствовали возникновению угнетённого состояния» (на денежном рынке) «в апреле и октябре» (1847 года)? (Ответ:) – «Я полагаю, что едва ли они оказывали какое-либо влияние на угнетённое состояние в апреле. Я думаю, что платежи до апреля и, пожалуй, вплоть до лета скорее усиливали, чем ослабляли банкиров. Потому что действительное применение денег отнюдь не производилось так быстро, как поступали платежи; вследствие этого большинство банков имело в своих руках в начале года довольно значительную сумму железнодорожных фондов». (Это подтверждается многочисленными показаниями банкиров и комиссии. «C. D.» 1848–1857.) «Сумма эта летом мало-помалу растаяла и к 31 декабря была значительно меньше. Одной из причин угнетённого состояния в октябре было постепенное уменьшение железнодорожных фондов в распоряжении банков; между 22 апреля и 31 декабря железнодорожные сальдо в наших руках сократились на треть. Такое влияние имели платежи по железнодорожным акциям по всей Великобритании. Мало-помалу они высосали вклады банков» (стр. 43, 44).
То же говорит и Самюэл Гёрни (глава знаменитой фирмы Оверенд, Гёрни и K°):
«В 1846 г. был значительно больший спрос на капиталы для железных дорог, но он не повысил ставки процента. Произошла конденсация мелких сумм в крупные, и эти крупные суммы были затрачены на нашем рынке; так что в общем результат был таков, что на денежный рынок в Сити выбрасывалось больше денег, чем извлекалось обратно» (стр. 159).
А. Ходжсон, директор ливерпульского акционерного банка, показывает, в какой мере векселя могут служить банкирам в качестве резервов:
«У нас было правило по меньшей мере 9/10 всех наших вкладов и все деньги, полученные нами от других лиц, хранить в нашем портфеле в векселях, срок которым истекал изо дня в день… настолько, что во время кризиса сумма ежедневно истекавших векселей почти равнялась сумме платёжных требований, ежедневно предъявлявшихся нам» (стр. 53).
