«У некоторых фирм были большие средства, но они не были свободны. Весь их капитал крепко застрял у земельных собственников на острове Маврикий или на фабриках индиго и сахарных заводах. Некогда приняв обязательства на 500 000–600 000 ф. ст., они не имели свободных средств для платежей по векселям, и в конце концов оказалось, что они могли платить по своим векселям лишь посредством своего кредита и лишь постольку, поскольку его хватало» (стр. 81).
Упоминавшийся С. Гёрни показал:
[1664.] «В настоящее время» (в 1848 г.) «наблюдается сокращение оборотов и большое изобилие денег». – (№ 1763.) «Я не думаю, чтобы недостаток капитала был причиной, которая так высоко погнала вверх ставку процента; то был страх (the alarm), трудность получить банкноты».
В 1847 г. Англия уплатила загранице по меньшей мере 9 миллионов ф. ст. золота за ввезённые продукты питания. Из них 7½ миллиона взяты из Английского банка и 1½ из других источников (стр. 245). – Моррис, управляющий Английским банком, заявил:
[3800.] «К 23 октября 1847 г. государственные ценные бумаги и акции каналов и железных дорог были уже обесценены на 114 752 225 фунтов стерлингов» (стр. 312).
Тот же Моррис в ответ на вопрос лорда Дж. Бентинка показал:
[3846.] «Известно ли вам, что весь капитал, помещённый в ценные бумаги и товары всякого рода, обесценился настолько, что сырьё – хлопок-сырец, шёлк-сырец, сырая шерсть, – посылалось на континент по тем же бросовым ценам и что… сахар, кофе и чай распродавались с аукциона?» – «Нация неизбежно должна была принести значительные жертвы, чтобы справиться с отливом золота, вызванным колоссальным ввозом продуктов питания». – [3848.] «Не думаете ли вы, что было бы лучше потревожить 8 миллионов ф. ст., лежащих в хранилищах банка, чем пытаться возвратить золото с такими жертвами?» –
А вот комментарии к этому героизму. Дизраэли допрашивает г-на У. Коттона, директора и бывшего управляющего Английским банком:
«Как велик был дивиденд, полученный акционерами Банка в 1844 году?» – «7 % годовых». – «А дивиденд 1847 года?» – «9 %». – «Уплачивает ли Банк в текущем году подоходный налог за своих акционеров?» – «Конечно». – «Сделал ли это Банк и в 1844 году?» – «Нет».[84] – «В таком случае, следовательно, этот банковский акт» (1844 г.) «был очень даже в интересах акционеров. Значит, результат таков, что со времени введения в действие нового закона дивиденд акционеров повысился с 7 % до 9 %, и, кроме того, подоходный налог уплачивается теперь Банком, тогда как прежде он должен был уплачиваться акционерами?» –
Г-н Пиз, провинциальный банкир, сообщает следующее относительно образования денежных запасов в банках во время кризиса 1847 года:
(4605.) «Так как банк был вынужден всё более повышать свой процент, то опасения стали всеобщими; провинциальные банки увеличили свои золотые запасы, равно как и суммы банковых билетов; и многие из нас, которые, быть может, в обычное время держали у себя лишь несколько сот фунтов в золоте или в банкнотах, стали немедленно накоплять тысячи фунтов в денежных сейфах и конторках, так как царило полное неведение относительно дисконта и способности векселей обращаться на рынке, и таким образом последовало всеобщее накопление денежных запасов».
Один член комиссии замечает:
(4691.) «Следовательно, какова бы ни была причина в течение последних 12 лет, результат во всяком случае был больше в пользу ростовщика и торговца деньгами, чем в пользу производительного класса вообще».
В какой мере эксплуатируют торговцы деньгами кризисные условия, показывает Тук:
«В производстве металлоизделий Уорикшира и Стаффордшира многие заказы на товары в 1847 г. были аннулированы, потому что ставка процента, которую должен был платить фабрикант за учёт своих векселей, более чем поглотила бы всю его прибыль» (№ 5451).
Возьмём теперь другой, уже ранее цитированный парламентский отчёт: «Report from Select Committee on Bank Acts, communicated from the Commons to the Lords, 1857» (в дальнейшем цитируется как «B. C.» 1857). Вот что показывал на допросе г-н Норман, директор Английского банка и главное светило среди сторонников «currency principle» {157}:
