— «Гремящий»? Вызывает диспетчер, ответьте, — прозвучало в наушниках.
— «Гремящий», командир корабля старший лейтенант Мясников, — отозвался я, мгновенно избавляясь от сонливости и апатии, которые преследовали меня на протяжении всей вахты.
— Командир? Отлично! Соединяю с начальником СБ, — произнёс диспетчер.
Звук несколько изменился, через пару секунд тишины кто-то тихонько покашлял в микрофон.
— Работает, да? На связи уже? Алло⁈ «Гремящий»? Говорит полковник Ахметов! — послышался незнакомый голос.
— Старший лейтенант Мясников, слушаю, — отозвался я.
— Мясников? Ваши люди устроили на станции дебош! — проорал он.
Я откинулся назад в кресле, испустив тяжёлый вздох. Твою мать.
— Расскажите подробнее, — попросил я.
— Лучше прилетайте и посмотрите сами! — прорычал начальник службы безопасности станции.
Ясно. Надо было предвидеть, что именно этим всё и закончится.
— Давайте без истерик, господин полковник, объясните лучше, что произошло, — хмуро сказал я. — Так мы проблему не решим.
— Проблему? О, да, это проблема! — фыркнул он.
Пожалуй, не стоило разговаривать с ним таким тоном, но я ничего не мог с собой поделать. Держать себя в руках становилось всё труднее и труднее, а тут ещё и усталость после вахты сделала свой вклад.
— Я отправлю заместителя по работе с личным составом, — процедил я.
Сейчас будет заманивать лично, готов поспорить на что угодно. Если так, то это очередная уловка губернатора, раз уж не получилось пригласить меня на званый ужин.
— Лейтенант? Молоденький такой? — фыркнул Ахметов.
— Так точно, лейтенант Крапивин, — сказал я.
— А он уже здесь. В общей камере, — произнёс полковник. — Неудивительно, что с таким замполитом ваш личный состав так себя ведёт.
Я выключил микрофон и от души выругался. Крапивин, пользуясь служебным положением, поставил себя в первую партию. И влип вместе со всеми.
— Я понял… Через полчаса буду, — сказал я. — Отправляйте челнок.
Вынудили, сволочи.
Лейтенанта Магомедова пришлось вызвать чуть раньше положенного, но он не возражал. Сменил меня быстро и без задержек, стоило мне лишь рассказать вкратце о случившемся.
Я на всякий случай зашёл в оружейку, взял табельного «Кракена», пристегнул кобуру к поясу. Вряд ли мне доведётся пострелять, но так мне было спокойнее.
Наш челнок оставался пристыкованным к станции Зардоб, наверняка опечатан и взят под охрану, поэтому я запросил транспорт у них. Ощущение было максимально неприятное. Не только из-за того, что мои подчинённые что-то натворили на станции, но и из-за того, что мне приходится лично решать эти проблемы. Нести ответственность за своих людей, и обычно это не доставляло неудобств. Их наверняка подставили, как пить дать. Спровоцировали, или ещё как-нибудь.
Пока ждал транспорт, весь извёлся. Попросил Скрепку вывести мне список убывших на станцию, вчитался в фамилии. Первыми полетели лучшие из лучших, те, кто заслуживал поощрения, и я совсем не ожидал, что они влипнут в какие-нибудь неприятности.
На всякий случай вызвал ещё старшего мичмана Добрынина и мичмана Антонову, позвал с собой в качестве группы поддержки. Не то чтоб это было необходимо, но иногда лучше, чтобы кто-то стоял за твоей спиной.
— Чего они сделали-то?.. — тихо спросила Антонова, пока мы стояли у шлюза.
— Сам толком не знаю, — хмуро ответил я. — Дебош. Якобы.
— Да какой к чёрту дебош, — хмыкнул Добрынин. — В рожу кому-нибудь сунули разок… Это разве преступление…
— Смотря кому сунуть, — сказал я. — На станции такого не ляпните, господин старший мичман, нас там и так не любят.
— А чего нас любить, мы же не бабы… Прошу прощения, Машенька, не то имел в виду, — прогудел Добрынин.
— Я привыкла, господин старший мичман, — холодно процедила Антонова.
Корабль едва заметно дрогнул, лампа над шлюзом загорелась зелёным. К нам пристыковался транспорт.
— Идём, — сказал я. — Быстрее начнём, быстрее вернёмся.
Прошли через шлюз в тесное чрево станционного челнока, расселись по местам, пристегнулись.
В салоне было на удивление тихо, но это и не удивительно, после военной техники любая гражданская кажется вершиной роскоши и комфорта. Весь полёт занял считанные минуты, мы дольше ждали его прибытия и разрешения на стыковку с «Гремящим». На станции же для нас был зарезервирован отдельный шлюз, поэтому никаких очередей и ожидания. Подлетели, аккуратно подошли к шлюзу, подтянулись, состыковались. Быстро и элегантно.
Я нервно барабанил пальцами по рукояти пистолета, что не укрылось от моих сослуживцев.
— Господин старший лейтенант, вы только держите себя в руках, хорошо? — спросила мичман Антонова.
— Конечно, конечно, — сказал я.
Вспылить я и на самом деле мог. Наделать глупостей. Это запросто. А вот провернуть всё так, чтобы уйти целыми, невредимыми, вместе с остальной командой и без обвинений в уголовном преступлении… Уже сложнее. Удружили мне ребята, конечно. Но я их не винил, редкая массовая попойка обходится без драки, просто чаще всего её стараются замять, а не доводить дело до арестов. К космическому флоту у нас в Империи отношение особое. Но не в Зардобе.
