Ожидание было недолгим:
— Это честь для меня, — глухо произнесла она спустя мгновение. Не сдаваясь…
Я еще раз окинула ее внимательным взглядом и… медленно опустила голову:
— Ты сделала свой выбор. Я его приняла…
Ступени, ступени, ступени… Коридоров здесь не было, стен — тоже. Только ступени. Вверх, вниз, по кругу, по спирали. И пустота вокруг, заполненная плотным туманом, который шевелился, дышал, тяжело вздыхал, отзывался стонами на любой громкий звук.
До Храма мы дошли молча.
Я, потому что еще раз обдумывала каждое сказанное слово, анализировала каждый жест, убеждаясь, что прозрение у Дерхаи хоть и поздно, но наступило. Власть — властью, но матка леоров заставила ашкера принять условия, которые та для себя считала неприемлемыми.
Делиться тем, что жаждала получить, она не собиралась.
Что ж… тоже вариант. Причем, не самый худший. Даже если не удастся стравить, осознание реальности угрозы, нависшей не только над оорой Дерхаи, но над всеми домонами, заставит ашкеров задуматься о собственной судьбу, давая нам выигрыш по времени.
Месяц, два, три… когда счет идет на дни, каждый из них жизненно важен.
О чем размышляла Дерхаи, идя со мной не просто рядом — в ногу, я могла только догадываться. Знала, чем все должно закончиться с ее точки зрения, но предугадать конкретные действия не пыталась. Другой жизненный опыт, иные реакции.
Все, что мне оставалось — действовать по обстоятельствам.
В Храме тоже молчали. Я была не прочь поговорить, но Дерхаи предпочла просто идти следом. Командный в Храме работал в минимальном режиме — только на канал связи с «Дальниром», но я была уверена, что она с идеальной точностью повторяла каждое мое движение.
В предусмотрительности ей было не отказать.
— Не ходи туда, — чуть слышно прошептали справа на языке домонов.
— Не ходи… — повторили слева… И засмеялись. Противно… торжествующе.
Я улыбнулась, представляя, о чем подумали сейчас ребята. Вряд ли им помогло мое предупреждение ничему не удивляться.
А вот Дерхаи не сдержалась:
— Что это? — словно обвиняя, поинтересовалась она, пару раз перескочив через ступеньку и сделав следующий шаг вместе со мной.
— Тени тех, кто остался здесь навсегда, — безразлично отозвалась я.
— Пытаешься запугать? — едва ли не презрительно бросила она.
— Запугать? — Я остановилась, отступила в пустоту, чтобы тут же появиться несколькими ступенями выше. — Скорее, пытаюсь убедить, что ты сделала правильный выбор.
— И в чем же он? — демонстративно дерзко отреагировала она на мои слова.
— В чем? — переспросила я и… затихла, прислушиваясь к чему-то.
Когда домоница попыталась заговорить, резко подняла руку, заставляя ее замолчать.
Тишина была… мертвой. Если небытие существовало, то воспринималось оно именно так: бесконечная лестница, ведущая из ниоткуда в никуда; пытающийся проглотить тебя туман и… абсолютная, сводящая с ума тишина.
Ни стука сердца, ни бьющегося на виске пульса, ни дыхания… ничего, что могло бы стать опорой для осознания реальности собственного существования.
— Слышишь? — шепотом спросила я, разбивая растянувшееся в вечность мгновение.
Звук не появился — он родился ощущением дрожи внутри, едва заметной вибрацией, чтобы уже спустя мгновение проявиться четким ритмом шагов, которые с каждой секундой становились все явственнее, приближаясь к нам.
Ближе… ближе… Дерхаи потянулась к оружию, ее сопровождение повторило за ашкером, но я вроде как и не заметила, продолжая загадочно улыбаться.
Вот они совсем рядом… Дернулся один из домонов, словно его толкнули, выпрямился, изумленно глядя вслед пустоте… Еще один шаг… Слайдер чуть отклонился, когда по щеке мазнуло потревоженным воздухом… Еще… Стас нахмурился, шмыгнул носом, словно собираясь захныкать…
Сбоку от меня мелькнула полупрозрачная тень и… исчезла, вместе с затихающим звуком.
— Мы уже пришли, — выдохнула я довольно, отметив на лице домоницы явную растерянность.
Короткий жест — реперные точки, которые регулировали проходы, заметить было несложно, если знать, куда смотреть, и пространство колыхнулось, рухнуло вниз… раскрывшись просторным залом, в центре которого стоял невысокий постамент, окруженный многогранными кристаллами.
— Управляющий зал станции мгновенного переноса, — широко повела я рукой, когда зыбкие поверхности зафиксировались в статике, и отошла в сторону. Туда, где прямо в воздухе льдинкой застыла капля, активирующая экстренный выход. — Сначала ты получишь эту галактику. Затем придет черед и других.
— Я? — переспросила Дерхаи… подозрительно восторженно. Взгляд, которым она «обшарила» все вокруг, был оценивающим.
— Мне не нужна власть, только цхаай, — заверила я ее, сделав вид, что не замечаю ни наигранности в ее голосе, ни того, как «удачно» оказалась она рядом с одним из кристаллов, способных стать неплохим укрытием. — Ты поможешь мне, я — тебе.
«Капитан, — голос ИР звучал приглушенно, с трудом пробиваясь сквозь пласты созданной самаринянами иллюзиями, — на границе сектора фиксируется выход четырех ардонов. По нашу душу».
Что ж… в этом я тоже не обманулась! Мы обе шли ва-банк!
Метаморфоза оказалась для нее полной неожиданностью:
