Почему-то от кадров дешевого фильма на нее накатило то чувство, которое возникает, когда через много лет возвращаешься в места, где прошло детство, и осознаешь, что мира, который столько лет существовал в твоей голове, больше не существует. Что-то внутри нее, что-то давно мертвое заныло фантомной болью, как болят ампутированные конечности. Риччи стиснула зубы, дожидаясь, пока внезапный приступ пройдет.
Разумеется, экран привлек всеобщее внимание.
– Что делает эта вещь? – шепотом спросила Юлия.
– Показывает… – Риччи запнулась на мгновение, подбирая слова. – Записанные на пленку театральные представления.
С понятием театра они все были знакомы, а как выглядит сцена не так уж важно.
Внезапно сцена перестрелки в салуне сменилась кое-чем другим, но не рекламой, предназначение и суть которой Риччи уже объясняла при появлении дорожных щитов, а кадрами дымящихся развалин, в которых она со смесью стыда и гордости узнала полицейский участок Сентила. По обломкам бродили люди в спецкостюмах. Бегущая строка гласила: Полиция все еще разыскивает задержанных, бежавших из камер предварительного заключения для дачи показаний.
«Для дачи показаний, как же», – хмыкнула Риччи. – «Хорошо хоть наших портретов у них нет».
– А это что? – спросила Юлиана оглушительным шепотом. – Это же то место…
– Да, – оборвала ее Риччи. – Еще эта штука показывает новости. Как газета, только картинки двигаются и разговаривают.
– Потрясающе!
– Ага, – кивнула она. – Одно из высших достижений этого века.
– А почему здесь так малолюдно, если она работает для всех бесплатно?
– Такая штука есть почти в каждом доме. Никому не нужно сюда приходить, все можно посмотреть у себя. Хоть сутками.
– Настоящий театр и свежие новости с доставкой на дом? – Стеф восхищенно щелкнул языком. – Значительное достижение.
– Думаю, изобретение «автомобиля» и развитие медицины все же стоит поставить выше, – негромко обронил Берт.
Продавец, наконец, соизволил оторваться от журнала и обратить внимание на посетителей.
– Хотите автомобильный телик? – спросил он. – У меня есть один, только без упаковки. Отдам за полцены.
Глаза ее друзей заблестели.
– Нет, – решительно ответила Риччи. – Мы покупаем только продукты.
Добытых ими денег было слишком мало, чтобы тратиться на покупку краденного телевизора.
– Давайте на них и сосредоточимся, – распорядилась она, ступая в лабиринт стеллажей.
Риччи нагрузила Мэла банками с консервированной ветчиной, двумя большими бутылками воды и упаковками хлебцев. Вполне подходящий паек, если бы она некстати не вспомнила о печенье с карамелью.
Она прикидывала, сколько вредных сладостей может взять, не слишком выходя из их бюджета, когда входная дверь магазина заскрипела. На всякий случай Риччи осторожно глянула в щель между упаковками хлопьев, но новым посетителем была всего лишь смуглая девушка с короткими вьющимися волосами, выглядящая не старше нее, которая с наигранной улыбкой принялась что-то выяснять у кассира.
«Все в порядке», – подумала Риччи, возвращаясь к изучению ярких оберток. – «Ей просто нужны сигареты или выпивка без документов».
Берт шепотом поинтересовался у нее:
– Капитан, а то, что молодая незамужняя девушка носит при себе два пистолета – это нормально для этих мест?
Риччи едва не уронила все, что держала в руках.
– Нет, – севшим голосом произнесла она.
«Может, она из мафии», – постаралась не терять она надежды. – «Может, она никак не связана с…»
– Ага, твои приятели как раз сейчас закупаются, – произнес продавец достаточно громко, чтобы они разобрали его слова за шумом телевизора.
В магазине не было никого, кроме них, притаившихся за стеллажами.
Девушка с пистолетами развернулась в сторону основного прохода так стремительно и хищно, что Риччи отбросила мысли о совпадениях.
– Мэл, Юли, к машине, – прошептала она, еле шевеля губами. – Сохраняй припасы, здоровяк, только не ценой жизни.
Те сосредоточенно кивнули, словно снова стояли на палубе и Риччи отдавала приказы перед боем… Впрочем, это и были приказы перед боем. Куда бы они не последовали, они несли войну с собой.
– Стеф, Берт, помогите мне, – приказала она, поднимая руки, чтобы налечь на стеллаж. Он выглядел увесистым, но не был приделан к полу, а значит, его можно было вывести из равновесия.
Мулатка оглянулась, услышав топот бегущих ног и шорох падающих с верхней полки пакетов, ее рука метнулась к оружию, но в следующее мгновение лавина коробок, банок и пакетов заправки захлестнула ее. Сами по себе ни продукты, ни стеллаж не могли причинить большого вреда, но Риччи надеялась, что вместе они – а также разборки с кассиром – задержат девушку с оружием достаточно долго, чтобы они могли смыться.
Прежде, чем вывалиться за дверь, Риччи расстегнула куртку и обхватила рукоять прихваченного из полицейского участка пистолета.
То, что им не удастся уйти так просто, Риччи поняла, как только увидела большой черный внедорожник, стоящий у заправки. Она сочла бы его признаком опасности, даже если бы не видела Гиньо на пассажирском сидении.
