Послушно глотаю лекарство и надрывно кашляю от отвратительной горечи, сдавившей корень языка. Роюсь за пазухой и достаю смятый листок, заготовленный еще на Искре.
– Раз уж я у лекаря, – сиплю сдавленно, – то мне кое-что нужно.
Женщина выхватывает бумажку и подносит ее к самом носу, что-то бормочет, загибает пальцы, а через минуту награждает меня удивленным взглядом.
– Да ты на другой конец света собралась, беда!
– Не знаю пока. Это на всякий случай.
– На всякий случай, – передразнивает она и командует строго: – Чаю налей! А я пока соберу все, что надо.
– Деньги у меня есть! – кричу ей вслед.
– А то как же! В противном случае будешь натурой отрабатывать. Рабски переписывать все это барахло за еду.
Встаю и разливаю чай по чашкам. Медленно подхожу к полкам, чтобы осмотреться. Жадно впитываю запахи, рассматриваю флакончики и останавливаюсь у небольшой витрины, где поблескивают серебряные колечки и гвоздики.
– Вы и уши прокалываете?
– За деньги я проколю тебе что угодно.
Хмыкаю себе под нос и касаюсь уха.
– Тогда у меня будет небольшая просьба.
Глава 24. Энзарио
Я плутаю узкими улочками, сбиваю жителей, сталкиваю товар локтями и слышу, как в спину летят проклятия. Где же Ария?! Как птица выпорхнула из ладоней и исчезла. Схожу с ума. Ни одной трезвой мысли, ни одной цензурной. Одни ругательства. Моряк, прекрасно владеющий кинжалом, как показало утро, бежит рядом. Я молчу, потому что сам не найду девушку в этой сумятице, но ревность колет под грудью, как застрявший шип. Он мужик крепкий, чуть ниже меня, но не уступает по фигуре и сложению. Седой, но с лица еще моложавый.
Влетаю на полном ходу в стену, не рассчитав силу. Плечо раскалывается от удара, вою от боли и, придерживая руку, бегу дальше. Я найду Арию, даже если на части развалюсь. Мне кровь ее нужна или она сама?
Я не знаю… Не знаю! Зараза… Она нужна, ладно!
Ария, где же ты? Ишис, помоги!
И будто в ответ на молитвы вижу мелькнувший облезлый хвост твари. Ерш вам в зад, местные идиоты! Как можно было так халатно вести сунгасса по городу в лилипутской клетке! Да ему только дай повод кого-нибудь сожрать.
Мужик не отстает, недоверчиво поглядывает на мою обвисшую руку, но время зря не тратит – мчит дальше, ни на шаг не сбивается. Крепкий, надежный. Корчусь от боли и ревности. Убью гада, задушу в темном переулке, никто и не узнает. Вот только Арию найдем.
Темные мушки закрывают мне видимость, потому первым к дому исцеления выбегает моряк. Я вываливаюсь из-за поворота сразу за ним и, спотыкаясь, чуть не влетаю в фонарный столб и застывшую в неприятной позе тушу сунгасса. Горю от гнева и страха. За жизнь моей девочки.
Налетаю на дверь и молочу кулаком по гладкому дереву. Больше негде искать: здесь других входов нет.
А если не повезло? И тварь разорвала девушку на кусочки… Холодею, каменею изнутри. Если я за пустую надежду цепляюсь? Что если Арии больше нет…
– Он дрыхнет, – моряк пихает монстра под бок носаком. – Морда чистая: девушку не тронул.
Выдыхаю с облегчением и косо поглядываю на своего спутника. Скадэ, кажется так она назвала его.
Еще несколько увесистых ударов, и дверь распахивается настежь. На пороге замирает высокая худощавая женщина лет сорока. Каштановые волосы стянуты на затылке в тугой пучок, взгляд такой едкий и хищный, что холодок бежит по коже. Губы тонкие, а спина прямая, как палка.
– Что надо? – гаркает она. – Если пришли убрать этот мусор, – брезгливый тычок в сторону твари, – то и убрали бы молча! Проспит еще час, не меньше!
– Мы девушку ищем! – почти наваливаюсь на женщину и хочу прорваться внутрь, но она ловко отталкивает меня назад. Я так вымотался, пока Арию искал, что тетку не могу с места сдвинуть. Рука болит, не встает на место – вправлять нужно.
– Очередные сутенеры? – корчит рожу баба. – Свалила ваша дева, сразу как только сунгасс откинулся. Да и я что вам тут – бордельщица? Валите отсюдэва!
Я готов крушить головы и обыскать каждый угол этого притона, но Скадэ останавливает, головой качает.
– Мы не желаем ей зла, – говорит тихо. – Она – мой друг и женщина капитана, – быстрый кивок в мою сторону. – Сунгасс напал на них во время прогулки. Мы с ног сбились, ищем ее повсюду. Мой капитан убит горем. Пожалуйста, – он упирается в дверь и нависает над женщиной, как скала, – если вы знаете, куда она пошла…
– Ой, не похо-ож! Я бы тебя, красавчик, быстрее за капитана приняла, – показывает на Скадэ.
Смотрит на меня влажными глазами, качает головой, а потом резко дергает за руку. Вскрикиваю от боли и отскакиваю в сторону.
– Ах ты, глубоководная тортила! – но понимаю, что плечо встало на место.
– Туда она пошла, – тычет женщина на уходящую вниз улочку. – Сказала, что яблоки хочет купить, – она усмехается и поглядывает на мои кольца в ухе. – Ка-пи-тан!
Дверь хлопает перед самым носом, но мне плевать. Рука медленно заживает, почти не чувствую боли, лечу вперед, мчусь, будто у меня за спиной армия глубинных демонов.
