— Сильно испугалась. А так в порядке. Думаю, пару дней и выпишут. Мне нужно позвонить. — встаю из-за стола.
— Конечно.
Набираю уже знакомый номер. Через два гудка слышу ответ.
— Слушаю, — ответил Владимир Миронов.
— Простите за ранний звонок. Нам нужно срочно поговорить. Это насчёт вашей дочери. — к трубке слышу короткий ответ «Жду».
До “Монарха” добрался за полчаса. Уже в кабинете Миронова рассказал всё, что удалось узнать.
— По этому, я думаю, Вам лучше отправить Олесю куда-нибудь подальше отсюда. Пускай отдохнёт, здоровье поправит. А мы разберёмся с проблемой. Если Змей отважился на её покушение, то он попробует снова, чтобы завершить начатое.
Владимир Михалыч сосредоточенно о чём-то думал. Его брови были нахмурены, что выдавало его тревогу и волнение.
— Хорошо, Дамир, пусть будет по твоему, — отец моей девушки согласился со мной. — Я сегодня же отправлю жену и дочь заграницу, в какой-нибудь санаторий. Пусть отдохнут.
Олеся.
После ухода Дамира я его больше не видела. Всё время со мной находилась моя мама. Я знала, что он не успокоиться, пока не найдет того человека. И не перестанет винить себя за случившееся. По этому не накручивала себя. Придёт время и мы будем вместе.
Мои мысли прервала вошедшая медсестра.
— Доброе, день. Как Вы себя чувствуете? — девушка пришла проверить капельницу.
— Всё хорошо. Почти не болит.
— Замечательно. Вам сейчас волноваться нельзя. Поправляйтесь, — улыбка была искренней.
— Спасибо.
После выписки папа настоял на наш с мамой отъезд из страны. На семейном собрании было принято решение лететь в санаторий. В Венгрию.
Дамир так и не появился. За это время мы всего пару раз разговаривали по телефону. Но так хотелось увидеть его и оказаться в его объятиях. Чувствовать его запах. Чисто мужской, присуще только ему.
За всеми этими событиями я упустила один важный момент. Месячные! Эта мысль пронзила меня как гром среди ясного неба. И это неудивительно. В последнее время меня стало подташнивать по утрам.
Сделав тест, я только убедилась в этом. Я беременна! Теперь я по-другому восприняла слова медсестры. «Вам сейчас волноваться нельзя».
Я так счастлива. Во мне растёт и развивается частичка любимого человека. Улыбка не сходила с моего лица. Я пообещала себе, что обязательно всё расскажу Дамиру, когда вернусь. И мы заживём счастливо. Будем только мы и наш малыш.
Вылет был назначен на вечер. Сумки собраны. Я готова ехать.
— Милая. Нам пора выезжать, если не хотим попасть в пробки, — услышала я голос матери.
— Да, да, уже иду, — подхватив сумочку, стала спускаться вниз. Весь остальной багаж уже лежал в багажнике машины.
— Ну вот и всё, дорогие мои. Пришло время прощаться, — отец по очереди обнял и поцеловал каждую из нас.
— Да, дорогой, нам уже пора, — мама поцеловала его в ответ. — Мы будем звонить почаще. Не успеешь соскучиться.
— Как только приземлитесь, сообщите мне.
— Конечно, дорогой.
Когда разместились в салон внедорожника, я помахала рукой на прощание. Водитель выехал с территории особняка и плавно покатил по дорожной ленте. За окном мелькал пейзаж. Прикрыв глаза, я вспоминала последний разговор с Дамиром. Мы почти до самого утра болтали, смеялись, шутили, строили планы на будущее.
Из мыслей меня вырвал звук скрежета о метал. Я встрепенулась и в панике стала озираться по сторонам.
— Что происходит? — задала мама свой вопрос, мужчинам, сопровождавших нас.
— Кажется, на нас напали, Светлана Олеговна, — ответил мужчина на соседнем кресле от водителя. — Пригнитесь! — послышался короткий приказ.
И тут же посыпались звуки выстрелов. Мы с мамой, опустив голову и прижались друг к другу. Боже, что же происходит?
Нас преследовали два массивных джипа. Стараясь притеснить к обочине, вынуждая остановиться. Наш водитель ловко уворачивался от новых ударов. Вдавив педаль в пол, мчался только вперёд.
Страх сковал меня. В душе поднималась паника, что я так и не успею сообщить любимому важную новость. Что моя жизнь оборвётся здесь и сейчас. А я так хочу жить.
Мы мчалась на бешеной скорости, пытаясь оторваться от преследователей. Были слышны выстрелы. Пули так и летали над головой. От каждого выстрела я вздрагивала, но не отпускала рук матери. Она тоже была напугана происходящим. Взгляд шальной, губы бледные. Я и того, наверно, хуже выгляжу.
Погоня продолжалась ещё какое-то время.
Охранник отстреливаться до последнего. Когда выпустил весь запас пуль, с горечью сообщил.
— Димон, я пуст! — прокричал мужчина. Одно короткое слова, и я поняла, что надежды нет. Либо нас убьют, либо мы убьемся сами. На этой заснеженной трассе.
Машина нападавших промчалась вперед и резко преградила путь. Нам ничего не оставалось, как затормозить.
— Держитесь! — прокричал водитель и резко ударил по тормозам.
По инерции меня бросило вперед, и я сильно ударилась плечом.
Но не успел водитель тронуться с места, как в нашу сторону посыпался град выстрелов. Нападавшие обстреляли лобовое стекло. Из груди водителя и охранника текла алая кровь. Я запоздало поняла, что мужчины мертвы. Мертвы!
