Бесс вынула из-под одеяла бутылки с горячей водой и, поставив их на пол, взбила подушки. Что за хозяева - ночь-полночь, замок спит давно, а их носит где-то!.. Служанка сняла с плеча шелковую ночную рубашку Нэрис, аккуратно разложила ее поверх одеяла и отошла к камину - подбросить дровишек. Ночи становились всё холоднее, нельзя дать огню погаснуть...
Дверь позади распахнулась, и мимо Бесс пронесся шелестящий вихрь. Вихрь с разбегу рухнул на кровать, не снимая туфелек, и разразился душераздирающими рыданиями.
- Госпожа?..- обернулась служанка.- Что это вы так позд... Госпожа! Да что с вами?!
- У-у-у...- проревели из пуховых подушек. Бесс ахнула, споро прикрыла дверь и бросилась к кровати, заполошно причитая:
- Госпожа, да что ж стряслось-то?.. Ну-ну, не надо плакать... Ну посмотрите на свою Бесси, будьте лапонькой... Ну не прячьте личико! Ну?..
- У-у-уйди-и-и...
- Вот еще!- всплеснула пухлыми ручками девушка, присаживаясь подле хозяйки.- Куда ж я уйду-то от вас, когда вы в таком-то виде?.. И кто я буду-то опосля этого?! Ну нет уж, госпожа, вы как хотите, а я здесь останусь, покуда вы не успокоитесь... Ну же, скажите Бесс, отчего так расстроились? Али напугал кто?
- Не-е-ет...- прорыдали в ответ.
- А что ж тогда?- Бесс погладила хозяйку по волосам, как младшую сестренку, и заворковала:- Негоже так расстраиваться, госпожа... Давайте-ка, разденемся, туфельки вот снимем, чаю горячего выпьем, и расскажем своей Бесси, что стряслось!..
- Н-не хочу я твоего ча-а-аю...- вслипывая, ответила плакса, однако не воспротивилась, когда ловкие пальцы горничной принялись быстро расшнуровывать платье.
- Ну, не желаете чаю, дак я молочка погрею,- успокаивающе ворковала Бесс, снимая с госпожи туфельки и укладывая ее в постель.- Ну вот, вот и славненько, укутайтесь-ка по самое горлышко... Дайте-ка я подушку переверну, ишь, насквозь слезами промочили!.. И бутылку горячую в ноги положим, совсем вы захолодали... Не брыкайтесь, госпожа, не брыкайтесь!
- Что ты кудахчешь надо мной?..- шмыгая носом, буркнула зареванная леди МакЛайон.- Ребенок я тебе, что ли?..
- Дак вы иной раз именно что дитя малое,- улыбнулась служанка, даже забыв, что она сама младше хозяйки едва ли не на добрый десяток лет.- Ну вот, ужо и голосок дрожать перестал! Умничка вы моя... Молочка-то принести? Я и меда ложку положу, чтоб спалось крепче!
- Чаю дай,- насупленно ответила Нэрис, утирая покрасневшие глаза вышитым рукавом рубашки.- Не хочу я молоко. И спать тоже не хочу!
- Чаю - так чаю, я что, я ж только и рада,- закивала Бесс, поднимаясь.- Я ведь как раз свеженького кипяточку принесла, думала, вдруг вам захочется перед сном, знаю, вы любите...- она зазвенела чашками.- Вот, госпожа, пожалуйте... Осторожно, горячий!
- Спасибо,- Нэрис села на кровати и сделала глоток ароматного обжигающего чая. Вздохнула, сделала еще глоток, помолчала, глядя куда-то сквозь служанку, нахмурила брови и, поставив чашечку обратно на поднос, сказала уже более или менее твердым голосом:- Убери. И дверь на засов запри. Поговорить надо.
Когда лорд МакЛайон через час явился в супружескую спальню, его там ждал не очень приятный сюрприз в виде запертой двери. Отворившая на озадаченный стук Бесс сурово и трагично сообщила, что госпожа лежит в сильном жару, видать, простудилась, и она, Бесс, намерена всю ночь сидеть у ее постели и ставить любимой хозяйке компрессы на лоб. А его сиятельство, чтоб заразу не подхватил, она покорнейше просит переночевать в другом помещении. Ивар заглянул в комнату, увидел лежащую в горе подушек и одеял мертвенно-бледную супругу с красными пятнами на щеках, мечущуюся во сне. Рядом, у кровати, тазик с водой и знакомый чемоданчик с лекарствами на столике... Лорд крякнул и покорился неумолимой сиделке. Пришлось устраиваться спать в одной из гостевых комнат, закутавшись в три пледа сразу - камин там не растапливали, а будить кого-то из слуг или, тем паче, возиться с огнем самому ему не хотелось. Выпитое за вечер пока еще грело кровь, да и медвежий полог (завтра не забыть прибрать подальше!) не давал сырости промерзшей комнаты пробраться под одеяла. Ивар поворочался, согреваясь, и откинулся на подушку. 'Не на пользу ей эти разъезды,- подумал он, засыпая.- Здоровье хрупкое, надо было с собой в Тиорам не брать, день туда, день обратно, а она ведь еще и от того долгого недельного перехода в себя толком не пришла. Вот и свалилась... И где ее просквозило? Ведь еще за ужином и ни намека на болезнь не было!.. Надо будет завтра за лекарем послать,- лорд зевнул.- И перед Грейс извиниться. Действительно, набрался на радостях, полез с приставаниями, забыл, сколько с тех пор воды утекло... Ее расстроил, и сам опозорился. Ну что за день сегодня такой паршивый?..'
Он зевнул еще раз и, перевернувшись на бок, закрыл глаза.
