В комнате стояла тишина, нарушавшаяся лишь моим урчанием и завываңием ветра в разбитых окнах. Пока я лелеяла бедную обиженную девочку, стражники тихо и быстро вывели остальных свидетельниц конфликта. Наконец, привели Нира.
Увидев меня, мальчишка на мгновение застыл, словно напоровшись на стену.
— Иди ко мнес-с-с, зайчик, — улыбнулась, оскалившись и протягивая к нему свободную руку.
Волчонок рванул ко мне, не задумавшись ни на мгновение. Никто из взрослых не успел его перехватить, хотя попытались. Поймав ребенка, я зло зашипела в их сторону.
Нир вцепился в мою местами подпаленную юбку и прижался ко мне со свободной стороны.
— Знакомьс-с-ся — это Энни, — прошипела ему тихо, погладив второй рукой, застывшую рядом девушку. — Теперь она нашас-с-с. Надеюс-с-сь, вы подружитесс-с-сь.
Фенир бросил хмурый взгляд на ошарашенную Энни и кивнул.
А меня, наконец, слегка отпустило. Всех собрала, они рядом, под моей защитой, можно уходить. Но потребовать провести нас к порталу не успела.
Появление в комнате ещё одного блондина, заставило меня остервенело зашипеть, задвигая детей за спину.
— Тыс-с-с!
— Флора… — ошарашенңо выдохнул Вайнн. Увидев меня, он замер рядом с братом, словно получив удар под дых.
— Ты привел нас-с-с сюда! Ты с-с-сказал безопасно-с-с-с! Ты вместе с нимис-с-с, да? Хотел отдать моего ребенкас-с-с?! Как отдал девочкус-с-с? — рычала я, старательно задвигая перепуганных детей за спину. — Не отдамс-с-с! МОИ! ВСЕ МΟИ!
— Какого… здесь… происходит… — медленно процедил Вайнн, только теперь заметив покореженные стены, пол и выбитые стекла.
— Брат, — тихо шагнул к нему Бьерн, положив руку на плечо, — я объясню.
Практически силой заставив мужчину отойти к дверям, глава тихо заговорил с ним.
Мне было плевать, я пристально следила за охраной вокруг, готовясь в любой момент защищать и атаковать. И совершенно не слышала вцепившихся в меня сзади детей, настойчиво втолковывающих чтo-то. Кажется, они утверждали, что Вайнн нам поможет и защитит.
Но ведь этo он привел нас сюда? Ρазве это защита?
Вернулся блондин с потемневшим лицом и словно… постарев на десяток лет разом.
Я напряженно следила за ним, не желая подпускать несмотря на все заверения.
— Мы уходим, — тяжело уронил он в пространство и протянул ко мне руку
Зашипев, я отпрянула, закрывая с собой детей.
— Не подходис-с-с! Мои! Они мои!
— Твои, — согласно кивнул он, плавно делая еще шаг ближе. — Так, давай уведем их в безопасное место, — и снова шаг.
— Не смейс-с! — зарычала я, склонившись и нагнетая вокруг горячий воздух, но только перед собой, чтобы не задеть детėнышей. — Не двигайс-с-с-я!
Мужчина не слушал. Он уверенно приближался, не обращая внимания на начавший тлеть на нем форменный камзол. За пару шагов, когда я уже готова была выпустить настоящее пламя, хоть и не желала делать ему больно, Вайнн стремительно метнулся ко мне. Среагировать не успела, как уже оказалась зажата в железной хватке.
— Пус-с-сти-с-с-с! — завыла, брыкаясь как бешеная. От нас тут же повалили клубы пара. Две противоборствующие стихии вступили в бой.
Только вот я смерти ему не желала и не горела к нему ненавистью. К нему во мне тлели лишь сомнения, разочарование и сожаление. Даже злости не было. Поэтому пламя в крови, старательно сдерживаемое остатками разума, сдалось первым. Прохладная ладонь легла на лоб, остужая магиėй бурлящую в жилах кровь и возвращая сознание. Огненная шипела и плевалась, но слишком выдохлась в этой истерике. Окружавшая меня сила постепенно растворялась, заставляя ослаблено сползать в руках ледяного.
— Прости меня, Флора, — прошептал мужчина, прижавшись прохладными губами к виску. — Прости, что не ожидал такого. Пусть я не самый уважаемый член клана, но я никогда бы не подумал, что здесь обидят моих детей. Ведь оборотни дорожат детьми больше всего.
— Она ими и дорожила. Даже слишком… Беспокоилась за судьбу… — горько усмехнувшись прошептала, окончательно oпадая в его руках.
— Прости, — искренне сожалея, коснулся он моих губ легким поцелуем. — Прости за этот страх…
Даже странно, как он догадался, что привело к такой истерике.
Именно страх. Страх, что кто-то снова посмеет управлять моей жизнью и разрушать ее. Я сжигала не сумасшедшую старуху, а пыталась спалить ужас, что я или близкие мне окажутся под чужой властью.
Вот только что мне эти сожаления…
— Мы уходим, — снова заявил мужчина, поднимая меня на руки и разворачиваясь к оставшимся в комнате представителям клана.
Уверенно проследовал к дверям, и воины расступились, пропуская его. Лишь рядом с Бьерном остановился, бросив на него тяжелый взгляд.
— Брат… — начал глава клана, но мужчина дернул головой, обрывая его.
— Мне нужен портал в соседний город, — заявил Вайнн и через мгновение молчания добавил. — И ты должен знать, брат, что пока старуха жива, ни я, ни мои дети не шагнем на территорию клана.
Лицо главы закаменело. Сегодня его статус пошатнулся куда больше, чем от самонадеянности глупой молодежи. Когда родной брат заявляет, что не доверяет тебе, как правителю… это крах.
