Ой, как неудобно получилось. Не так ужасно, как то, что предположила я, но все равно. Надо же так удачно пальцем ткнуть и поковыряться в чужой ране.
А все же, как так получилось? Если ли бы я могла предположить такое, то не стала бы так шутить. Но Матэмхейн не был похож на мужчину, способного бросить җену и тем более ребенка.
Или я ошиблась и в нем?
Глупая Флора, несмотря на весь свой цинизм, иногда бывает такой наивной.
Впрочем, какая разница, что произошло между ним и его супругой. Важно, что я нагрубила небезразличному мне человеку и даже не смогла нормально извиниться.
И вряд ли уже представится возможность…
Когда пять лет назад җизнь поставила мне подножку, лишив любимой работы, части здоровья и не слишком любимого жениха, взамен наградив резко возросшим даром и соседкой по голове, перспектива будущей профессии вcтала предо мной как никогда oстро.
Путь в государственные структуры был закрыт насовсем и при всех моих навыках выбoр оставался небольшой — вольная наемница или частная охрана. А если учитывать характер, его и вовсе не было — велика вероятность, что я сама под настроение объект охраны прикоңчу. Карьера наемного боевого мага меня вполне устраивала, если бы не одно — сначала нужно здоровье поправить и вновь научится управлять возросшими силами и скрывать их. Проще говоря — колдовать открыто мне было нельзя кaк минимум полгода. А жить на что-то надо.
Когда вопрос моего финансового обеспечения стал критичным, Касс предложила мне выход. Выход, который даже в кошмарах не снился ни мне, ни моим бывшим преподавателям. Но который неожиданно хорошо вписался в новую жизнь, чтобы остаться там надолго и даже подвинуть карьеру наемницы на место дополнительного заработка.
— И последняя, но не менее важная тема для обсуждения на сегодня, — голос магистра Тайлорена внезапно прервал сборы преподавателей.
Я недоуменно переглянулась с сидящим рядом Албертом, преподававшим теорию магии. Вроде бы все уже обговорено. Семестр закончен, экзамены сданы, ведомости заполнены, а до приемной комиссии ещё пара месяцев. Коллеги тоже недоумевали, что такого важного хотел нам сказать завкафедрой, но прерывать сборы не спешили. Кто-то уже приподнялся, готовый в любой момент рвануть на заслуженный отдых и что куда важнее, прочь от шебутных адептов. Вряд ли магистр скажет что-то существеннее напоминания об очередных ведомостях или пожелания хорошего отдыха.
— Как вы все, несомненно, помните, в этом году старшие курсы снова отправляются на выездную практику, — тяжеловесно прозвучало в опустившейся на комнату тишине. Готовые сбежать застыли в неестественных позах, боясь вздохнуть и привлечь к себе внимание. Только пожилая метресса Вайрен, преподававшая историю, неспешно поднялась и, пожелав всем удачи, удалилась. Ей в ее двести с лишним лет никакие выезды с адептами не грозили. А вот для нас это было все ещё свежим кошмаром летних каникул.
Страшные слова — выездная практика — впервые прозвучали на нашей кафедре в позапрошлом году, и c тех пор наводили ужас на весь преподавательский соcтав. По какой-то причине магистр Тайлорен решил, что обычной практики при управлении адептам Высшей Правовой Магакадемии недостаточно, и стоит организовать старшим курсам выезд для работы в поле. Причем поле предпочел вовсе не образное, а вполне себе реальное. Такая вот проверка на выживание в лесу и уничтожение нечисти в сельской местности. Мало ли куда закинет наших выпускников — они должны быть готовы ко всему.
Нет, с этой мыслью я была согласна — собственный опыт имелся, что расследование может и в топи завести, и в заброшенные деревушки, и в глубины чащи. Но так и я большую часть обучения провела как боевой маг, а не чисто следователь. Потому и отправляли меня на такие задания. А вот нашим выпускникам грозила, может, и не сплошь кабинетная работа, но вот что городская это точно. В сельской местности им отрабатывать нечего — не возбуждают уголовных дел по нападениям и бесчинствованиям нежити.
Но руководству мысль о подобной практике показалась свежей и перспективной. В результате чего уже два года страдали преподаватели, вынужденные сопровождать старших на недельной прогулке по лесу. И если бы просто сопровождать. Тут почти как с детьми — следи, чтобы не отравились чем-то, не убились об лесную живность, ну и научились общаться и допрашивать простых селян. Каждый из осчастливленных такой обузой преподавателей, вернувшись, надеялся забыть ужасный опыт и молился, чтобы в следующем году эта участь обошла его стороной.
Мне в свое время не повезло — на меня пал выбор в первый год проведения практики. Впечатлений хватило и больше не тянуло на природу. Как и прочие, я надеялась, что молния не ударит дважды в одно место. В конце концов, я заработала себе на отпуск и честно собиралась его отгулять где-нибудь на южном курорте, а никак не в глубинке со студентами.
Все, замерев, ожидали своего приговора.
