– Мне кажется, это правильное и мудрое решение, – ответила я, мысленно досадуя, что не могу рассказать ее величеству об утренних событиях.
– А значит, мы обязаны там быть в самом лучшем виде. Поддержим наших мужчин. И пусть Дабарр и Айронд почувствуют эту поддержку.
Я улыбнулась ей в ответ, ничего не сказав. Уж Айронду-то моя поддержка точно не требуется. А если потребуется, то это будет не Айронд, а кто-то напяливший его личину.
Королевский обед с официальным приглашением от герольдов собрал почти сотню представителей высоких фамилий и родов. Едва я вошла в огромную столовую, аж в глазах зарябило от всех этих баронов, графов и маркизов.
Дамы, как одна, постарались надеть на себя максимум драгоценностей. Мужчины, которые из украшений позволяли себе разве что перстни да различного плетения цепочки, просто горделиво оглядывались по сторонам – как же, к самому королю приглашены!
Королевская чета сидела во главе стола. Я и встретивший меня у входа Айронд расположились по правую руку Габриэллы, а место слева от короля занял барон Рошаль.
– Дамы и господа! – Король с бокалом красного вина в руке поднялся со своего места.
Шум моментально прекратился. И в этой тишине особенно громко раздалось звяканье вилки, которую какой-то неосторожный дворянин небрежно положил на тарелку. Взгляд барона Рошаля немедленно приковался к нему, заставив меня с интересом наблюдать за сменой цвета лица провинившегося.
– Дамы и господа, – повторил Дабарр. – Всем вам, несомненно, известно о последних событиях, которые произошли в Кориниуме. Против Короны был выявлен заговор.
В зале раздался возмущенный гул.
– Да, заговор! – повысил голос король. – Но, благодаря тому, что моя супруга настояла на приглашении небезызвестной вам всем леди Глории де Скалиор, нашим службам удалось нащупать нити, ведущие к… Хотя пока рано говорить. Тайна следствия, сами понимаете, – Дабарр усмехнулся и продолжил: – Увы, как оказалось, противник может принимать самые разнообразные личины, и раскрытие баронессы Валенсии де Грильон стало тому доказательством. Однако у нас есть, что противопоставить врагу, и уже скоро все заговорщики будут выявлены и понесут заслуженную кару. А сейчас я хочу выпить за ту, что в трудные времена оказалась рядом. И чей талант не даст виновным уйти безнаказанными. За леди Скалиор! – И король отсалютовал мне бокалом.
За столом поднялся шум. Каждый норовил, чтобы именно его поздравление было услышано. Я попыталась подняться, но ощутив сжавшую пальцы руку Айронда, осталась на своем месте, лишь вежливо улыбаясь им в ответ.
Обед продолжался своим чередом. Королева смеялась и шутила, и я радовалась, глядя на нее. Дабарр рассказывал какие-то истории, над которыми потешалась большая часть присутствующих.
А потом я заметила, что Рошаль и Айронд, чем-то неуловимо похожие в этот момент, улыбаются лишь губами. Глаза же что у одного, что у второго остаются холодными и внимательными. Они ловили каждое произнесенное слово, всматривались в лица присутствующих и иногда переглядывались между собой, словно ведя неслышный диалог. И я почувствовала себя странно спокойной, осознав, что нити расследования находятся в руках профессионалов.
«Да, именно их», – вспомнив рассказ Айронда, я мысленно усмехнулась.
Внезапно король прямо на середине фразы дернулся и, захрипев, схватился обеими руками за горло.
Никто еще толком не понял, что произошло, а барон Рошаль и Айронд одновременно бросились к Дабарру. Я же словно в ступоре неотрывно смотрела, как лицо короля покрывается причудливым подобием татуировки, словно кто-то по венам пустил чернила вместо крови. На его губах показалась пена, глаза закатились. Тело скрутила судорога, и король соскользнул на пол.
Закричала Габриэлла, раздался чей-то визг, многие дворяне повскакивали со своих мест.
– Никому не двигаться! – рявкнул барон Рошаль, подхватывая короля.
А к Дабарру уже подлетел и мэтр Вендель. Быстрое заклинание и вокруг монарха вспыхнуло голубое магическое поле. Маг присел на колени и стал водить ладонями над бьющимся в конвульсиях телом. На лбу мэтра выступила испарина. Я почти физически ощущала силу заклинаний, встающих на пути… чего?
– Какое-то темное зелье, – наконец произнес он, когда Дабарр наконец обмяк. – Я смог на время заморозить его действие. Но…
– Не сейчас и не здесь, мэтр! – перебил его Айронд, бросив взгляд на потрясенные лица дворян.
– Это она! – внезапно раздался среди гомона нервный испуганный голос. – Она навела проклятье на нашего короля!
Я обернулась, чтобы увидеть ту, на кого указывал неожиданный свидетель. Недалеко от нас из-за стола поднимался мужчина средних лет в богатом костюме. Черты его лица искривляла гримаса ненависти и страха, а трясущаяся рука указывала… на меня?
– Лорд Мигнат, извольте заткнуться! – резко вмешался барон Рошаль, удерживая шагнувшего, было, к мужчине Айронда.
– Нет! Не изволю, барон! Мэтр Вендель сказал, что отрава темная! А она – единственная темная среди нас!
– Глория дала клятву верности на королевском кристалле, – раздался неожиданно резкий голос королевы.
