2) «Вторичное раскрепощение» граждан. Утверждение республиканского формата и характера становления Украины осуществиться при условии, если будет преодолен нынешний суррогат демократии для бедных с ее имитацией процедур, прямой и косвенной скупкой поддержки как уникального товара на политическом рынке. Вовлечение большинства в новые формы рыночной деятельности, создание условий для того, чтобы максимум людей с минимальными накоплениями стали участниками внутреннего инвестиционного процесса — коммунальных экономик, государственных проектов, развития инфраструктуры и новых систем социального обеспечения. Для экономики это миллиардные ресурсы разномасштабных инвестиций (по разным подсчетам, на руках украинцев порядка 100 млрд. долл. пассивных накоплений), а для граждан — новые практики, когда они не только получатели благ, но и соучастники строительства своей республики.
3) Структурная реформа и социокультурное проектирование. Очевидно, что без стимулов и мотиваций украинские миллиардеры вряд ли будут реинвестировать прибыли в новые отрасли. Ведь по существу задача структурной реформы — создание новой структуры национальной экономики, более конкурентной, с выравниванием экономического статуса регионов, созданием новых отраслей с высокой добавленной стоимостью, с производством не только товаров, но и технологий. Но для того, чтобы олигарх-металлург превратился вдруг в нанохимического магната или станкороботостроителя, нужны «коридоры гарантий и возможностей». Рассчитывать на то, что модернизацией займутся ТНК — большая наивность в эпоху технологического империализма.
Но наряду с выстраиванием программ и логики модернизации, в рамках структурной реформы придется учитывать и еще один фактор — социокультурное планирование. Простой пример. Экспортоориентированное сельское хозяйство — выгодное дело. И в случае дальнейшего поощрения сырьевого экспорта победят прибыльные монокультуры, экспортеры отстроят инфраструктуру, а на полях будет работать современная техника с высокооплачиваемым рабочим местом. Но свернется вся сложная паутина разделения труда между подотраслями, станет неперспективной сельская провинция, еще больше уменьшится доля того самого «українського села», которое так любят защищать доморощенные патриоты. Как сочетать реформу земли с модернизацией провинции, укреплением всех подотраслей сельского хозяйства и увеличить долю конкурентной конечной продукции, а в итоге создать новую образованную и обеспеченную провинцию, — лишь один из многих вопросов. Или же польское сало станет символом украинской дури и близорукости.
Собственно, по этой же части — создание технополисов и «силиконовых долин». Такие научно-технологические центры, как Харьков, Днепропетровск или Павлоград, сохраняют еще дух и память «гранинских» романтиков. Их нужно только уметь видеть.
4) Экологизация экономики. С каждым годом Украина становится все более дорогой страной. Потери перестали быть абстракцией. Умирающее Азовское море, варварски используемые недра Донбасса, тысячи гектаров потерянных сельхозугодий, засоленные и загрязненные ресурсы пресной воды, облысевшие Карпаты — лишь краткая памятка тем, кто до сих пор грешит на наследие СССР. Поэтому не только налоговая система и госпрограммы, оскудевшие за последние годы, но и бизнес-программы, и проекты местных громад должны учитывать и рассчитывать восполнение и восстановление экоресурсов.
5) Новая гуманитарная политика. Об этом пишу давно и, кажется, без особого успеха. Наша «родовая травма» — XX век, все остальное лишь предтеча. Освоить историю, принять и признать ее — единственный путь к сердцам и умам наших старших поколений, к их опыту и благословению. Но в отечественной политике для одних свет клином сошелся на Второй мировой, другие до сих пор скачут в Гуляйполе в махновках.
Инженерия, образование, кинематограф, культура управления, история кибернетики и космонавтики, инфраструктура, краеведение и многое другое — какой огромный пласт нашего актуального опыта отброшен этой безмозглой самовлюбленной элитой! За свои стереотипы и невыученные уроки они готовы сталкивать лбами и лишать истории миллионы живых, еще надеющихся на лучшее людей из поколения 40-70-х. Если чему и учиться у России, так это их имперскому опыту и умению присваивать прошлое через его актуализацию в настоящем.
Новая гуманитарная политика позволит нам вернуть в образование такой важнейший аспект, как воспитание, хоть частично восстановит коммуникации между разными поколениями.
Социальные болезни, низкий уровень общего образования и квалификации, меркантилизация мотивов молодых поколений независимости может в ближайшем будущем составить качественно новую угрозу — социальную деградацию.