Но я должна была признать, что этот человек был безопасен, по крайней мере, для меня. На самом деле, он бы скорее убил любого мужчину, который посмотрел бы на меня косо, ведь его клятва, данная моему отцу, будет действовать до скончания веков. Он также был настоящим альфа-самцом, даже одетым в костюм за десять тысяч долларов. Дрожь возбуждения пронзила меня, мысль о том, чтобы вкусить запретный плод, была почти невыносимой. Этот мужчина был воплощением самообладания, безжалостности, которую невозможно себе представить, и даже с того места, где я стояла, он, вероятно, был самым великолепным мужчиной, которого я когда-либо видела.
Возможно, в своём последнем порыве решимости я осталась в тени, решив уйти, пока не стало слишком поздно, и я не переступила черту, которую никогда нельзя было пересечь снова.
Но девушка ведь может помечтать о том, что ей не принадлежит, хотя бы на одну ночь.
Кроме того, последние слова, которые мы сказали друг другу, были резкими, он смотрел на меня так, словно я была чем-то отвратительным, выползшим из центра земли, слизняком или чем-то похуже. И я позволила себе возненавидеть его, как меня и учили, из-за чего моя мать потащила меня через полстраны.
Ненависть была у меня в крови, горький развод моих родителей испортил отношения с отцом до такой степени, что я не разговаривала с ним почти три года. Вот почему возвращаться домой под покровом темноты было глупой идеей, но это было единственное место, где я чувствовала себя в безопасности.
В безопасности.
Была ли в этих словах хоть капля правды? По правде говоря, пока я находилась в городе под покровительством этого жестокого человека, я была в большей безопасности, чем где-либо ещё в стране. По крайней мере, здесь я могла наслаждаться жизнью.
Когда ещё один разряд электричества, ощущаемый мной ранее, пронзил всё мое тело, я поняла, что, должно быть, я ужасный человек, раз испытываю жажду того, что считается табу. По крайней мере, после того, как я уйду отсюда сегодня вечером, я больше никогда не поставлю себя в неловкое положение снова столкнувшись с Франсуа.
— Ты в порядке? — спросила Кэрри, дотрагиваясь до моей руки. Несмотря на всё её притворство, она волновалась и боялась за меня.
Я глубоко вздохнула и подняла свой бокал.
— Я в полном порядке. Давай танцевать всю ночь напролёт.
Она продолжала изучать меня целую минуту. Затем на её лице появилась озорная улыбка.
— Пойдём, подружка. Ну давай же. Позволь твоим послам на эту ночь провести тебя по этому месту. В этом бывшем банке, ставшем ночным клубом, спрятаны самые разные драгоценные камни, маленькие восхитительные сокровища. И кто знает, может, ты найдёшь что-нибудь вкусненькое на ночь, чтобы я смогла поднять тебя со своего дивана. — Она рассмеялась, а я шлёпнула её по руке, прежде чем ещё раз украдкой взглянуть на балкон из своей защищенной тени.
Мужчины, которого я когда-то обожала, нигде не было видно.
Прошёл час, а я больше не видела Франсуа, что позволило мне вздохнуть с облегчением. Конечно, здание было огромным, вечеринки продолжались на всех шести этажах, множество комнат поменьше открывали доступ к греховным обещаниям и воплощению самых мрачных фантазий. Затеряться в этом месте было очень легко, и это был мой запасной план, чтобы избежать встречи с ним.
Даже несмотря на то, что желание прогуляться по дикой местности продолжало терзать меня. Я всё равно могла это сделать, просто у меня не осталось выбора.
Чёрт возьми.
Майли даже сказала мне, что на нижнем этаже есть охраняемая зона, где находится настоящее хранилище, используемое только для особых вечеринок и частных мероприятий.
Только по приглашениям.
Казалось, каждый этаж был оформлен в своей тематике, каждая комната была оформлена в различных ярких оттенках малинового и фиолетового, сапфирового и изумрудного. Из массивных динамиков доносилась пульсирующая музыка, а освещение отличалось от всего, что я видела в Лос-Анджелесе.
Клуб совершенно не походил на то, чем, насколько я помнила, владела семья Тибодо. Несмотря на то, что мой отец пытался оградить меня от этого человека, никогда не рассказывая об их преступной деятельности, я не была глупенькой даже в раннем подростковом возрасте. Опасность и доминирование были частью очарования Франсуа, в нём всегда ощущался хищник.
Что мне понравилось в клубе, так это внимание к деталям, ультрасовременные произведения искусства на стенах и официанты и бармены в разной униформе в зависимости от тематики зала. Казалось, каждое музыкальное произведение было создано специально для них, эклектичная смесь, полная страсти и свободы. Приезд сюда благотворно сказался на моей психике, даже несмотря на то, что я никогда больше не смогу сюда прийти. Это слишком рискованно, я могу столкнуться с ним, а это означало бы, что мне придётся объясняться с отцом.
