— Что ты делаешь? — спросила я, сделав несколько прерывистых вдохов, пытаясь сосредоточиться.
Прежде чем ответить, я со смесью ужаса и восхищения наблюдала, как он подносит мои влажные трусики к своему рту и носу, вдыхая аромат моего неистового желания.
О боже. Это правда происходит.
Всё ещё держа меня в подвешенном состоянии, он сунул мои трусики в карман, затем очень медленно провёл руками по внутренней стороне моих бёдер, прикосновение было словно пёрышком. Почему-то у меня было предчувствие, что этот жест станет последним проявлением нежности, которое я получу за этот вечер. Словно в доказательство моей правоты, Фрасуа прижал мои колени к столу, раскрывая меня так широко, что прохладный воздух мгновенно вызвал у меня стон.
— Ты такая мокрая, — пробормотал он, хотя в его голосе не было удивления.
Я не смогла ответить, не в силах больше говорить.
— А что касается твоего вопроса, прекрасная куколка. Я наслаждаюсь.
Действия этого мужчины всегда были обдуманными, убийца с великолепной улыбкой и танцующими голубыми глазами, но сегодня вечером он не торопился, поглаживая мою киску по всей длине, прижимая ладони к моей гладкой плоти.
Дрожь ужаса и возбуждения пронзила меня, жестокость происходящего улетучилась, сменившись такой сильной потребностью, что я полностью потеряла себя. Когда я унеслась в какую-то идеальную страну фантазий, он обвёл кончиком языка мой клитор. Этот мужчина пытался свести меня с ума, и у него это получалось.
Стоны непрерывно срывались с моих губ, когда он двигал языком назад и вперёд. Боже милостивый, мышцы моей киски сжимались и разжимались каждые несколько секунд. Прошло так много времени с тех пор, как мужчина прикасался ко мне в интимном плане, что я уже и забыла, как сильно мне всегда хотелось насладиться бурной близостью.
Возможно, я слишком долго жила в уединении.
— Сладкая, как мёд, — тихо произнёс он.
Должна ли я ответить на это? Я, однозначно, знала, что этого не произойдёт. Вместо этого я нервно рассмеялась, жалея, что не могу найти в себе смелости наблюдать за всем, что Франсуа делает. Я была бы слишком смущена, хотя это уже происходило. Чувствовала, что он наблюдает за мной, изучает мою реакцию, и мне было невыносимо посмотреть ему в глаза.
Он впился пальцами во внутреннюю поверхность моих бёдер, прижимая меня к себе, как будто я была маленьким существом, которое, как он знал, в конце концов попытается убежать. Почему я уже изначально знала, что это будет невозможно, потому что он выследит меня хотя бы для того, чтобы спрятать собственность, которую он только что приобрёл?
Я подавила смешок, а затем и стон, осознавая, что теряю контроль не только над своим телом, но и над своими умственными способностями.
— Я мог бы наслаждаться тобой часами. — Его слова были искренними, произнесёнными без эмоций, и я не сомневался, что они правдивы.
Если быть честной с самой собой, я бы сказала, что нисколько бы этому не возражала.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки, пока он не провёл пальцем по моим припухшим складкам.
— О, боже. — Я резко подскочила, хлопнув ладонями по столу.
— Такая упругая, красивая куколка. Ты ведь не девственница, да?
Франсуа смотрел на меня так, словно был хищным зверем, желающим только одного — чтобы я призналась, что это не так.
— Нет. — Но я хотела бы ей быть. Хотела бы, чтобы он был у меня первым. Ох, я отправлюсь в ад за свои мысли, за тот грязный грех, который совершаю.
— А жаль. Я бы с удовольствием лишил тебя девственности, не торопясь, осыпая тебя всеми проявлениями страсти. — Он прижался губами к одному бедру, затем к другому, добавил второй, а затем и третий палец, быстро двигая им. Когда он разжал их, мои пальцы на ногах подогнулись, и я запрокинула голову, всхлипывая, когда перед моими глазами проплыла очередная волна ярких звёзд.
Я замерла, не мигая, уставившись в потолок, пока он выполнял своё обещание, пируя с таким пылом, что походил на дикого зверя. Мысль была нелепой и первобытной, заставляя моё воображение гадать, что он сделает дальше.
Словно прочитав мои мысли, Франсуа зажал зубами нежную ткань моего клитора, посасывая его, и издал несколько глубоких стонов. Я прижала руку к лицу, наконец позволив себе тихо рассмеяться, когда он сосредоточил своё внимание на том, чтобы сделать меня безумно счастливой. Это было так восхитительно, что мне показалось, будто мужчина впервые занимается со мной оральным сексом. Чёрт возьми. Если этот мужчина был так же хорош в жестком трахе, как и в вылизывании, поглощая меня, как кусочек шоколада, то я была готова к полному циклу его обучения.
Может быть, я стала бы его ученицей.
Волна смущения охватила меня от таких греховных мыслей, в голове пронеслись картинки о каждом месте плохой девочки, каждый образ, который я запечатлела в своём сознании.
Франсуа раскрыл меня ещё шире, притянул к краю стола и провёл языком вверх и вниз по моей киске. Я представила зеркальный потолок, на котором можно было наблюдать за каждым его движением. То, как он продолжал двигаться грубыми толчками, было невероятно, приближая меня к моменту чистого экстаза.
