Я сделал шаг назад, позволяя себе полюбоваться её потрясающей фигурой. Её груди идеально подходили для моих рук, округлые бёдра идеально подходили для того, чтобы обхватить их, когда я буду трахать её сзади. Я уже чертовски давно не чувствовал себя таким одержимым. Я уже отметил её своей, пусть и ненадолго. Но, чёрт возьми, это стоило её потрясения или гнева, когда я освобожу её.
И всё же, когда я расстёгивал ремень, у меня было сильное чувство, что я никогда не смогу позволить другому мужчине прикоснуться к ней. Мне было пиздец как приятно чувствовать её в своих объятиях, настолько, что мой член горел от желания, а яйца так напряглись, что мне стало трудно дышать. Когда я, наконец, отодвинул ткань своих брюк в сторону, она провела языком по своим губам. Но грешная девчонка совершила ошибку, снова потянувшись ко мне.
В считанные секунды мои пальцы сомкнулись на её горле, вытянув её длинную шею, и я покачал головой.
— У тебя явные проблемы с поведением. Мне нужно с этим разобраться.
Она была потрясена, когда я развернул её лицом к стене, снова закинув ей руки за голову. Когда я схватил её за бёдра, отрывая от стены, она запрокинула голову на плечо, слегка застонав.
Прилив желания, охвативший меня, был настолько силён, что я не торопился вытаскивать толстый кожаный ремень из петель на поясе. Когда ремень освободился, я шлёпнул им по кафельному полу, прежде чем согнуть пополам.
В то время как её спина вздымалась от предвкушения, на лице незнакомки было такое выражение возбуждения, что я был словно загипнотизирован. Когда я провёл краем ремешка по её спине, то был вознагражден тихим стоном. Я мог бы часами любоваться её красотой и ничем больше, но её подруги станут искать её, привлекая внимание к её исчезновению.
Не в моих интересах было, чтобы её обнаружили со мной, кем бы она ни была.
— Мне нравится помогать своенравным девушкам осознать их ошибки. Небольшой совет, моя сладкая куколка. Когда мужчина говорит тебе, что он очень плохой парень и что ты должна его слушаться, я советую тебе научиться этому.
— Да, сэр. — Её сарказм был впечатляющим. Я вдохнул аромат её духов, который напомнил мне о пряном жасмине. Когда я поднял взгляд, то понял, что её глаза уже остекленели, и каждый дюйм хищника, притаившегося внутри, притягивал меня.
То, что я мог бы с ней сделать, наверняка доставило бы мне кучу неприятностей. Я хотел рискнуть этими мгновениями, просто чтобы узнать. Посмеиваясь про себя, я сделал два больших шага в сторону, подняв ремень себе под нос. Немногое я обожал больше, чем насыщенный запах кожи.
— На сегодня двадцать.
— Кажется, я уже ненавижу тебя.
— Очень хорошая мысль. — Я щёлкнул ремнем, и она вздрогнула, сжав руки в кулаки. Но, к её чести, она сдвинулась не более чем на несколько дюймов, переминаясь с ноги на ногу.
Я подумал о том, что сказал ей по-французски, и улыбнулся.
В случае с этой прекрасной женщиной мой инстинкт подсказывал мне, что она из тех девушек, которые бросаются навстречу опасности, идя на слишком большой и неоправданный риск. Если бы она была моей, я бы держал её на коротком поводке.
Поласкав сначала одну сторону её ягодиц, потом другую, я быстро шлёпнул её два раза подряд, что заставило меня остановиться и сделать глубокий вдох. Я был не только слишком увлечён тем, что делал, но и её аромат опьянял меня так, что это шокировало внутреннего бабника.
На этот раз у неё задрожали ноги, и мегера прислонилась лицом к стене. Было невозможно не восхищаться этой красоткой, моё желание трахнуть её становилось всё сильнее, её разрозненные всхлипы взывали ко мне, как маяк греха.
— Ты отлично справляешься, — сказал я ей.
Она бросила взгляд через плечо и провела языком по нижней губе. Ничего не сказав, она закрыла глаза.
Я снова провёл краем ремня по всей длине её спины, постукивая сначала по одной стороне её ягодиц, потом по другой, прежде чем ударить толстой кожей по её покрасневшим ягодицам.
Лисица взвизгнула, приподняв ногу, но её дыхание оставалось таким же прерывистым, как и раньше.
— Это… ужасно. Больно.
— Как и должно быть при любом наказании. — Я раздвинул её ноги ещё шире, сразу же увидев её блестящие половые губки. — Ты такая влажная, очаровательная куколка. Думаю, что твёрдая рука мужчины — это именно то, в чём ты нуждалась.
— Никогда.
За её отрицанием последовало покачивание бёдрами. Я не смог удержаться и просунул два пальца в её набухшие складочки. Её стон стал ещё одной сладкой наградой. Вытащив их, я вошёл её личное пространство.
— Открой рот.
