Сарсбрук нахмурился. Он вообще мало о чем мог думать с тех пор, как встретил Пандору.
– Вы должны поклясться, что никому не расскажете. Даже своей жене.
– Боги, вы что думаете, я могу рассказать о таком Фанни?! Она будет в шоке, уверяю вас. Я буду хранить ваш секрет, Робин. Слово чести.
– Тогда я пойду, Тэк, – внезапно решил Сарсбрук. – Спасибо вам за приятную беседу. – Он остановился у двери в гостиную. – И скажите миссис Такер, что я приношу извинения и рад буду увидеть ее в следующий раз. Это, по-моему, получилось любезно?
– Невероятно любезно, – сказал Такер с улыбкой.
Сарсбрук улыбнулся в ответ и ушел, оставив друга в полном недоумении.
В то время как Пандора Марш делала вид, что визит Сарсбрука ее совершенно не взволновал, Лиззи и не пыталась скрыть своего восхищения тем, что их дом дважды посетила титулованная особа. Ей казалось, что лорду Сарсбруку так понравилось их общество, что он скоро вновь приедет к ним и они удостоятся приглашений на высокие приемы.
Хотя Пандора очень старалась возвратить сестру на землю, та не желала омрачать своего восторга. Все утро Лиззи без умолку щебетала о том, как скоро их будут принимать в аристократическом обществе. Младшая Марш теперь всерьез планировала выйти замуж за маркиза или, на худой конец, за графа, как она объявила Пандоре.
Днем Пандора и Лиззи отправились в гости к Фебе Рейнолдз. Пандоре не очень хотелось ехать к ней, потому что она считала Фебу пустоголовой болтушкой. К тому же мать Фебы была полна снобизма и постоянно рассказывала о своих знакомых в высшем свете.
Лиззи же не могла дождаться возможности рассказать Фебе и ее матери о визите Сарсбрука. Только они расселись в гостиной Рейнолдзов, как Лиззи возбужденно защебетала:
– О, Феба, миссис Рейнолдз, вы ни за что не догадаетесь, кто был у нас в гостях сегодня утром!
– Даже не представляю, – сказала Феба.
– Лорд Сарсбрук! Он виконт.
Миссис Рейнолдз, полная женщина с седеющими волосами и моложавым лицом, переспросила:
– Лорд Сарсбрук? В самом деле?
– Да! – ликовала Лиззи. – Мой брат упал с дерева в Гайд-парке, и лорд Сарсбрук помог ему и Пандоре. Он отвез их домой в своем экипаже. Таком роскошном!
– О небо! – воскликнула миссис Рейнолдз. – Это очень впечатляюще! И что, он приятный человек, Пандора?
– Не знаю, мадам, – ответила Пандора. – Он просто был так любезен и помог нам.
– Я слышала об этом джентльмене. Его считают каким-то бесчувственным. Да, припоминаю, мне говорили о нем. Его сестра, леди Вердон, – одна из гранд-дам нашего светского общества. Я встречалась с ней и нашла ее очаровательной. Должна сказать, ее милость очень любезно говорила с нами у Альмаков.
Пандора улыбнулась. Миссис Рейнолдз никогда не упускала возможности упомянуть, что она и ее дочь однажды получили рекомендацию, которая дала им возможность быть приглашенными на августовскую ассамблею, организованную высшим обществом Лондона.
Миссис Рейнолдз продолжала:
– Мне говорили, что Сарсбрук очень богат, но никто не знает в точности, как он живет. Он избегает общества, предпочитая жить, как старый ученый, в окружении своих книг. Его дядя, сэр Хэмфри Мэтланд, недавно умер. Когда делили наследство, выяснилось, что Сарсбруку еще раз повезло. – Миссис Рейнолдз вздохнула. – Представляете, мужчина с таким положением и состоянием – и не женат! Я думаю, верх себялюбия – не желать разделить счастье богатой жизни с женой и детьми. И сколько ему лет, Пандора?
Пандора нахмурилась.
– Он отнюдь не стар. Думаю, меньше тридцати.
– Ну, тогда он еще может пересилить себя и жениться. Все называют Сарсбрука убежденным холостяком, который ненавидит женщин. Думаю, что, когда он женится, его жена будет очень несчастна.
– Но он же так богат! – сказала Лиззи. – Я не могу поверить, чтобы он был таким неприятным человеком.
– Но, Лиззи, – сказала Феба, – что толку выходить замуж за богатого, если он какой-нибудь зануда, да еще и прижимист.
– Да, это правда, – задумчиво сказала Лиззи. – У него, конечно, роскошный экипаж, но сам-то он не так уж грандиозно выглядит, да, Пандора? Мне кажется, виконт мог бы одеваться и получше.
– Думаю, в этом стоит винить не него, а портного, – сказала Пандора. – А мне даже нравится, что он не раб моды.
– «Не раб моды», – повторила миссис Рейнолдз. – Мне не нравится это выражение. Наверное, он совсем уж неважно был одет. А джентльмен должен обращать внимание на такого рода вещи, Пандора.
– В самом деле, – вторила ей Феба. – Я, например, ни за что не посмотрела бы второй раз на человека, у которого галстук завязан не так, как надо.
Пандора только подняла брови и улыбнулась в ответ на это замечание. Она была очень рада, когда наконец настало время возвращаться домой, к чаю. Там они присоединились к мистеру Маршу и Николасу, который как раз закончил заниматься греческим. Пока они пили чай и ели бутерброды с маслом, беседа все время неизменно возвращалась к лорду Сарсбруку.
– Миссис Рейнолдз все рассказала нам о Сарсбруке, – сказала Лиззи.
– Эта женщина неподражаема, – сказал мистер Марш. – Она знает буквально все обо всех. И что она рассказала о нем?
