– Хотелось бы надеяться, что без надобности. Гранлео ими не пользовался, значит, опасных мест на планете нет. Но с другой стороны, иметь парочку таких приборов – мечта любого исследователя. Опускаешься в шахту – оп-па! А там повышенное содержание метана или иных опасных газов! Назад! Бегом! Или вода какая подозрительная на вид и на запах в реке течёт. Проверил – а там ядосодержащие соли! Стоп! Сам не пьёшь, зато врагам в суп добавил с щедростью. Я уже про остаточную радиацию не упоминаю. Мы вот были возле боевых роботов и еле ноги унесли от их оружия. А почему покойный император туда вообще никогда не наведывался? Вдруг мы уже столько невидимой радиации нахватались, что пора вновь в Колыбельную укладываться?
Фериоль как-то больше понял природу лучевой болезни, о которой инопланетянин рассказывал во время их длительных бесед, поэтому глубже проникся опасениями:
– А если в наших телах разрушения стали необратимыми? Вдруг никакой «омолодитель» не поможет?
– Ха! В таком случае мы уже валялись бы на том самом рельсе с выпученными глазами и загнивающей плотью. Все остальные случаи вполне легко излечиваются. Главное, как можно быстрей доволочь человека и засунуть его в ложе «омолодителя».
Обеденное время почти наступило, когда Менгарец при содействии своих друзей таки осмотрел и опробовал все найденные устройства. Действующих оказалось только четыре, но лучше всего по транспортабельности и унифицированному действу подходило одно их них. По утверждениям знатока сварочных установок, теперь у них была возможность и плохие газы заметить вовремя, и при наличии радиации принять соответствующие меры. Да и весил прибор всего лишь четыре с половиной килограмма.
Додюр Гелиан и Фериоль Вессано обучились работать и различать опасные пределы на шкалах всего лишь за четверть часа. А после короткого совета ношение устройства было торжественно возложено на кока. Тот и медлить не стал, закрепил на себе анализатор ремнями, доложил о готовности и уточнил:
– Что, отправляемся к нашему железному коню?
– И в самом деле. – Виктор накинул на плечи лямки вещевого мешка. – Пора пообщаться с нашими пернатыми друзьями.
– Вдруг они нас испугаются? – предположил кок. – Особенно птенец?
– За собой посматривай! Как бы сам от страху не помер, когда Мурчачо вдруг тебя клювом по голове начнёт постукивать в знак приветствия. И пока мы идём, давайте повторять основные фразы о дружбе между человеком и катарги. Только свистим тихонько, мы ведь не в лесу…
Так и двигались три партизана-подпольщика среди узких, извилистых каменных переходов, еле слышно посвистывая и готовясь тем самым к интенсивным переговорам с разумными птицами планеты. Жрец не скрывал свои сомнения. Как обитатель и воспитанник монастыря Дион, закосневшего в многовековых догмах и традициях, он никак не мог поверить, что издавна прекрасно знаемые всему человечеству птицы вдруг оказались разумны. Уже во время езды на мотодрезине он попытался переговорить с Менгарцем на эту тему, перекрикивая гул роликов:
– Как же так получается, что люди о разумности гигантских орлов даже не подозревали? Или пернатые поумнели совсем недавно? За последние месяцы? Ну, максимум год, полтора назад?
– Затрудняюсь ответить с уверенностью, – кричал Менгарец в ответ. – Пока словарного запаса для общения не хватает. Но, кажется, эти пернатые белокрылые красавцы давненько свою цивилизацию создали.
– И не общались с нами?
– А зачем? Какой им смысл? Да и запрет какой-то у них мог существовать. Или до сих пор существует. Может, они просто к людям присматриваются? Может, просто выжидают, пока вы до контакта созреете? Подрастёте, так сказать.
– Ну, знаешь ли!..
– И нечего обижаться. Хоть во Вселенной превалируют носители разума в человеческом теле, но каких только иных цивилизованных существ не отыскали в великом космосе. Особенно в последнее тысячелетие. И птицы среди них есть. Причём одни из них размером всего лишь с пол-ладони. А вот таких огромных, как катарги, вроде бы ещё не встречалось нашим исследователям.
По прибытии на место Виктор продемонстрировал голосовой командой воздействие на геологического робота, бросившегося к людям с намерением перемолоть их в фарш своими страшными бурильными дисками. Услышав пароль, железный монстр замер на месте, а потом с готовностью и прилежностью выполнял все остальные команды своего дрессировщика. Впечатлило друзей и пробитое под уклоном в гору отверстие, по которому, пусть чуть согнувшись, но легко выбрались в ущелье Крушения.
