– И в самом деле, – поддержал жреца Менгарец. – Скорее всего, тут специальная служба этими лифтами ведает. Потому что сами жильцы не станут заниматься ремонтом в случае поломки. В итоге платное пользование – наиболее рациональное. Не забывайте: здешним постройкам и коммуникациям чуть ли не тысяча лет, сберечь такое имущество – задача непростая. И так удивляюсь, как они с этим справляются… Может, им роботы помогают?
Додюра удивляли другие вещи, хотя подобное он уже знал, побывав в Шулпе:
– Но если столица Сангремар рядом с проливом, то как жители Чаолы с уборкой отходов справляются? Кажется, здесь конюшен ещё больше, да и Змеиный достаточно далеко.
– Забыл, какие тоннели могут пробивать геологические роботы? Вот они и здесь пробили подобные, не удивлюсь, если сброс нечистот и в сам океан уходит. Потому что вряд ли они для этой цели используют вытекающую из Шулугара речку. Кстати, именно на эту реку мы с самого раннего утра и отправимся. Если судить по карте, то она совсем рядом. А уже по ней и к озеру доберёмся.
– Зачем ждать утра? – Фериоль выглянул из окна комнаты, в которой они поселились. – Жизнь в городе только начинается, значит, наша прогулка будет более уместна, чем безлюдным началом календарного дня.
– Верно! Я всё никак не привыкну к местным порядкам и традициям, – укорял себя Менгарец. – Значит, быстро ужинаем – и в путь!
– Завтракаем! – нравоучительно поправила его княгиня. – И опять-таки не забываем притворяться провинциальными простофилями.
Жрец из Диона не сдержался и кивнул в ответ с ехидным выражением на лице:
– И чего ты так стремишься дублировать команды и распоряжения нашего командира? Хотя твой прелестный голосок слушать всегда приятно…
Аристина высокомерно взметнула бровями, с иронией скривилась, но сдержалась от колкости в ответ. Только подхватила кока под локоть и потащила к выходу со словами:
– Интересно, тебя на здешнюю кухню пустят? Хотелось бы настоящей еды попробовать, а не здешних пресных блюд…
Что ей отвечал Додюр, слышно не было, тогда как отставший Виктор спросил у Фериоля:
– Чего это ты на неё? Вроде она всё верно сказала.
– Не люблю, когда повторяют очевидное. Да и вообще, лучше ей сразу не поддаваться, любит она всеми командовать и указывать, даром что более двух лет рабыней пробыла. Вон, нашего кулинара уже окрутила полностью. Каждое слово её ловит и готов любое распоряжение выполнить.
– А тебе и завидно? – хохотнул командир отряда. – Или ревнуешь? Так красавиц кругом хоть пруд пруди, на тебя глазками только и косятся, выбирай любую. А может, ты стесняешься?
Некоторое время недавний старец шёл по коридору молча, двигая бровями в интенсивном внутреннем споре. А потом, уже на входе в обеденный зал гостиницы, признался:
– Ты знаешь, скорее всего, и в самом деле стесняюсь. Ведь в своей жизни я уже вообще давно забыл, что это такое – обнять упругое женское дело. Да и порядки у нас в монастыре во все времена были весьма строгие и целомудренные. Если подсчитать, то я уже лет пятнадцать ни с кем ни-ни…
– М-да… Настолько застаревшие комплексы преодолевать трудно, – посочувствовал товарищ. – Но разве для нас существуют преграды? Прорвёмся!
Во время завтрака-ужина постарались и в самом деле выдать себя за мелкопоместных дворянчиков из-под самой границы и наводящими расспросами выпытали у прислуги и других столующихся, что ночью в столице наиболее интересное. Так и спрашивали:
– Где сегодня можно лучше всего повеселиться?
И, как правило, ответ начинался с недоумённого восклицания:
– Да везде! Вот хотя бы…
Дальше вариации ответов разнились, хотя большинство указывало на одну из пяти площадей, окружающих княжескую резиденцию. И перечислялось, что там будет, кто выступает, как туда протолкаться и во сколько это выльется. То есть на улицах, площадях, в парках города всю ночь не прекращался единый шумный праздник. Причём настолько шумный, что вышедшие из гостиницы путники вскоре признали: спать в таком грохоте и бедламе даже за толстенными дворцовыми стенами дело бесполезное.
– Вот потому они только и могут, что днём отоспаться, – резюмировала обсуждения Аристина. – Бедненькие…
– Да шут с ними, с этой беднотой, – Виктор крутил в руках предоставленную орлами карту. – Посматривайте лучше по сторонам, где-то здесь должна быть река.
Да только ничего подобного долго найти не удавалось. Прошли к тому месту, где должно было виднеться озеро, но и его не было. На его месте возвышался внушительный холм, покрытый многовековыми деревьями. Причём весь этот природный парк окружала высоченная ограда в виде металлических стержней.
– Ого! Метров пять будет, – прикинул Фериоль.
– Всё равно перелезть можно, – бравировал Додюр, млея от прикосновения к его руке женской ладошки.
– А толку? – засомневался Менгарец. – Да и заметят нас сразу.
