«Дорогой Андрей! Пишу тебе в крайней спешке. На моей родине вновь вспыхнула война. Абхазы двинулись на Сухуми, в котором нет ни регулярных грузинских войск, ни бронетехники, – Грузия все вывела, когда подписывала мирное соглашение. Абхазы используют свой шанс – сейчас с военной точки зрения он для них уникальный. Город пылает в огне. Конечно же, Россия помогает им, иначе они и пары часов не продержались бы против нас. Но теперь мы не продержимся пару часов, если никто не подоспеет на помощь из самой Грузии. Добровольцы с Северного Кавказа тоже помогают абхазам. Их собралось целое полчище. Если они войдут в город, то мирным жителям конец. Я тебе многого не рассказывал о том, что там творилось. Это не для слабонервных. Я не имею в виду, что ты такой! Но зачем засорять мозг подобной информацией. В общем, дорогой друг, я уехал и уже, скорее всего, не вернусь. Хочу поблагодарить тебя за все: за дружбу, за внимание, за уважение, которое ты мне оказывал. Ты очень хороший человек. Ты немалого добился, и у тебя еще все впереди. Я в своей жизни допустил большое количество ошибок, потерял время, так и не создал семью. Моя дочь выросла без меня. Но я ее очень люблю, хотя и видел всего несколько раз. Она уже довольно взрослая. Если тебе не сложно, найди ее. Ее маму зовут Людмила Михайловна Рыбакова, она живет в Волгограде. Во всяком случае, жила.
Андрей, за картиной в гостиной лежит завещание и дарственная на квартиру. По секрету скажу, что это Камилла когда-то организовала ее для меня. Наверное, за былые заслуги. Прошу тебя продать квартиру и передать деньги моей дочери. Надеюсь, это хоть немного ей поможет. Скажи моей дочери, что я ее люблю. Кроме квартиры, у меня ничего не осталось. Денег нет. Драгоценностей тоже. И еще. В тумбе, стоящей рядом с моей кроватью, лежит коробка с часами – подарком Камиллы. Они твои. Это мой скромный подарок тебе на память. Спасибо тебе за все! Прощай!
И последнее: не бросай Камиллу, она хорошая тетка, поверь мне! Таких, как она, одна на миллион, а может, и на все десять миллионов.
Обнимаю, Амиран».
Андрей перечитал письмо еще раз. Невыносимая тоска нахлынула на него. В горле стоял ком, во рту пересохло. Человек, который стал для него другом и практически отцом, отправился на верную гибель. Мир Андрея рушился: близкий друг уехал невесть куда. На личном фронте – мрак, любимая женщина беременна от другого… Андрей вдруг понял, что впервые назвал Эльвиру не по имени. Почему-то от этого факта ему стало немного легче.
В квартире Амирана царил полнейший беспорядок. «Это же как он спешил!» – подумал Андрей. Он забрал завещание, даже не прочитав его. Потом достал часы и с трепетом надел их, оставив свои на тумбе.
Потом подошел к телефону и набрал Малкина:
– Яша, мне надо уехать. Срочно!
– Что-то случилось? Помощь нужна?
– Нет, не волнуйся!
– Куда хоть едешь?
– В Ставрополь. Тетка при смерти. Еду помочь, – Андрей ляпнул первое, что пришло ему в голову.
– Хорошо. Когда вернешься?
