«Почему она так поступила? Что со мной не так? Может, ей что-то обо мне наплели подружки? Эти чертовы курицы!» – Андрей злился на весь мир, но больше всего на себя. Ему даже не приходило в голову, что Алина просто не разделяет его чувств или ей нравится кто-то другой. Несколько месяцев он смотрел на нее как на идеал, почти боготворил, и то, что произошло сегодня, было неправильным и несправедливым. Впервые он чувствовал себя настолько униженным.
Андрей проворочался до часу ночи. Вспоминал ее холодный, чуть влажный носик, в который он уперся губами. Наконец, не выдержав, резким движением соскочил с кровати, побродил по комнате, а потом вспомнил про магнитофон. Сейчас бы врубить что-нибудь погромче! Он взглянул на спящую сестру – какое уж тут «погромче»… И, вздохнув, стал шарить в своем письменном столе. Вытащил из ящика наушники – подарок родителей на день рождения – и аудиокассету, которую ему дал послушать одноклассник Костя. Отец Кости ходил на торговом судне в зарубежные рейсы и часто привозил всякие редкие вещи, которые было не купить в Союзе.
Костя говорил, что кассета очень крутая, с новым альбомом британской группы Sex Pistols. Андрей о такой и не слышал.
Он подсоединил наушники к магнитофону и аккуратно нажал на кнопку. Тихо зашуршала пленка. Андрей оглянулся на сестру. Валя легко вздрогнула во сне, но не проснулась.
Это было его первое знакомство с панк-роком. Андрей никогда особо не увлекался музыкой, но то, что он услышал, его ошеломило – ломаные, истеричные аккорды, пронзительное, пищащее соло на гитаре – безумное и притягательное – рвало на части и пробуждало самые скрытые мысли и желания. Андрей забыл обо всем – об Алине, о ее отказе и своем разочаровании. Переживания прошедшего дня, школа, родители, весь мир казались такими незначительными по сравнению с тем, что творилось сейчас с ним. Гипноз, экстаз, остервенение – или все это вместе.
Слушая Sex Pistols, он дал волю фантазии. Вот он в роли солиста какой-то группы заводит многотысячную толпу на концерте, а вот – забивает великолепный решающий гол на чемпионате мира. Еще немного – и он бы отправился в космос на ракете. Только к четырем утра, прослушав кассету полностью, Андрей вернулся в реальность. Голова гудела, глаза слипались, но внутри его отпустило. Несмотря на возбужденное состояние, он моментально уснул… а через несколько секунд в комнату зашла мама:
– Подъем, сони! Пора собираться!
Совершенно разбитый, Андрей поплелся в ванную, привел себя в порядок, надел приготовленную мамой белоснежную рубашку и туго завязал пионерский галстук. На подходе к школе он снова вспомнил вчерашние события, и его накрыла волна стыда. Внутри у Андрея что-то сжалось. Он боялся увидеть Алину, но весь день искал ее глазами. Наконец он заметил ее из окна школьного коридора. Она стояла во дворе в компании ребят. Среди них был и Сашка Аверин – тот высокий блондин из старших классов. Алина кокетливо улыбалась и почти заискивающе заглядывала ему в лицо. Как же этот взгляд отличался от вчерашнего! Сашка смотрел на девушку свысока, он точно знал, какое впечатление производит на девушек, и наверняка Алина далеко не единственная в списке его поклонниц.
Наблюдая за этой сценой, Андрей почти физически ощущал свое бессилие. Сашка – модный, стильный, чемпион района по плаванью, гордость школы. А он? Что он может противопоставить Сашке? Андрей понял, что заочно проиграл в этом соперничестве.
Следующие два урока он просидел, совершенно не слушая учителей. Его переполняли злоба и жажда мести. Вот бы избить Сашку: повалить его на землю и треснуть изо всех сил по физиономии! Но решись он на это, будет еще хуже. Сашка – здоровый тип, на полголовы выше, наверняка справится с ним. И никакое самбо не поможет. Перед глазами Андрея стояло смеющееся лицо Алины. Впервые кто-то взял такую власть над парнем.
Не в силах высидеть даже до конца урока, он отпросился выйти и направился в раздевалку. Последнее, что он слышал, закрывая дверь класса, это адресованный ученикам вопрос учительницы: «Как понимать фразу “Счастливые часов не наблюдают”»? Андрей почувствовал себя самым несчастным человеком на свете и завидовал Софье Фамусовой самой что ни на есть черной завистью.
Он бесцельно бродил по городу и думал, что, наверное, самое лучшее в его случае – бросить школу, чтобы больше никогда не видеть Алину. Погода на улице как нельзя лучше соответствовала его настроению: серое небо, срывающаяся морось – то ли снег, то ли дождь, – хорошо хоть пронизывающего ветра не было. Вдобавок ужасно жали ботинки, а шерстяной школьный костюм неприятно царапал кожу. Через пару часов холод все же поборол нежелание идти домой.
На этот раз выражение лица Зои Ефремовны не предвещало ничего хорошего.
– Где ты был? Ты в курсе, который час?! У вас же сегодня первая смена! – голос Зои Ефремовны звучал грозно, хотя в глазах читалось облегчение, все-таки сын вернулся живым и невредимым.
– Задержался на дополнительных, – машинально соврал Андрей, удивившись самому себе.