Это было давным-давно, один охотник нашел в тайге самородок золота величиной с голову. В то время на Алтае был голод. Охотник обрадовался своей находке. «Продам золото, куплю хлеба», - думал он. И вот кому бы он ни предлагал золото, все отказывались, потому что самим нечего было есть. В отчаянии охотник забрался на высокую береговую скалу и бросил золото в воду. С тех пор то озеро стали называть Алтын-Кол, что значит Золотое озеро.
- А самородок нашли? - спросил Кирик.
- Нет, это только легенда, но озеро очень интересное. Оно имеет местами глубину больше трехсот метров, длину до семидесяти восьми километров, ширину до пяти с лишним километров, находится в горах северо-восточного Алтая, на высоте четырехсот семидесяти метров над уровнем моря.
- Павел Иванович, а пещеры на Алтае есть?
- Да, много еще неисследованных пещер есть на Чарыше. В некоторых находили кости давно вымерших животных, пещеры Чарыша были когда-то жилищем древнего человека.
Однажды, оставшись одни, Кирик и Янька уселись на камни, любуясь лежащим внизу городом. Их внимание привлек идущий по гребню горы человек с большой вязанкой хвороста на спине. Приглядевшись к нему, ребята чуть не вскрикнули от неожиданности.
То был Иван Чугунный - когда-то правая рука Евстигнея Зотникова. За последние годы он изменился мало. Та же медвежья поступь, длинные, как у гориллы, руки, приплюснутый нос, низкий покатый лоб, весь обросший волосами, с широко выдвинутой вперед нижней челюстью. Он был похож на доисторического человека, о котором рассказывал Павел Иванович.
Ребята спрятались за камни.
Чугунный продолжал идти, постепенно спускаясь к окраине города.
Вечером мальчики рассказали Печерскому об этой встрече.
«Пожалуй, надо позвонить начальнику милиции, чтобы прибрали этого типа», - подумал военком и перевел разговор на другую тему.
Как бы чувствуя надвигающуюся опасность, Иван Чугунный в тот вечер скрылся из города. Через несколько дней исчез и Степка.
Кирик отставал по литературе и русскому языку. Правда, двоек у него не было - Павел Иванович занимался с ним иногда после уроков, - но все же русский язык Кирику давался с трудом. Помогал и Янька. Однажды учитель дал написать сочинение на свободную тему. Кирик долго думал, с чего начать. На дворе уже стояла настоящая весна. В открытые окна классной комнаты доносилось бойкое чириканье воробьев, и было слышно, как галдели грачи на тополях в школьном саду. С улицы раздавались веселые голоса ребят, игравших в бабки. Весенний теплый воздух нес с гор манящий запах согретой солнцем земли и прелых трав. Мысли Кирика унеслись в Мендур-Сокон, к Темиру и дедушке Мундусу.
- Почему не пишешь? - спросил Янька тихо.
- Не знаю, с чего начать, - вздохнул Кирик.
- А ты напиши, как ходил на охоту с Темиром, - посоветовал Янька.
Кирик обрадовался.
- Как это я не догадался раньше. - И он торопливо раскрыл тетрадь. Перед ним встала знакомая с детства картина охоты. Стараясь не делать ошибок, следя за знаками препинания, он начал:
Кирик остановился и, обмакнув перо в чернильницу, вспомнил о своей прошлой ошибке, когда в середине слова «речка» он поставил мягкий знак. Посмотрев еще раз на слово, он подумал: «Теперь не ошибусь» - и стал писать дальше.
Кирик отложил перо и задумался. В открытое окно классной комнаты по-прежнему был слышен грачиный галдеж и возгласы игравших в бабки ребят. Вздохнув, Кирик склонился над тетрадью…
