Алёна справилась на ура - она использовала способности увеличивающие скорость бега, прыгучесть и уклонение. Это позволило ей легко подцепить Комиссара и петляя в тоннелях, привести его в подготовленную нами ловушку.
Как только он забежал в пещеру, многоликие завалили ход за его спиной и принялись обстреливать его сталактитами, свисающими с потолка. Комиссар с ног до головы был закутан в объемный плащ и различить, что под ним было невозможно. Мало того - плащ давал некий эффект, окружавший владельца темным маревом и скрадывающим его движения.
— О, да у меня сегодня праздник! Сколько ж вас здесь! — рассмеялся он, глядя на второй ярус. Я прятался за большим скальным выступом и разглядеть меня он никак не мог.
Многоликие не ответили, продолжая обстрел. В дело начала вступать сталагмиты, неожидано выстреливая со всех сторон и грозя пропороть Комиссара насквозь. Но Мутный держался уверенно - уклоняясь от снарядов или просто разбивая их руками и ногами. Иногда он подпрыгивал на несколько метров вверх и буду красуясь, перехватывал летящие сталактиты, запуская их в многоликих.
— Ну, долго играться будем? На что вы надеетесь? Меня таким не проймешь! — довыпендривавшись, Комиссар схлопотал булыжником по хребту и разозлился.
Вскоре, следуя плану, в дело вступил один из старейших многоликих Черепах Павлик, впитавший в себе около семи тысяч душ. Он специализировался на поглощении и отражении урона.
— Охохо! Кого я вижу! Вы что, узнали что у меня скоро день рождения и решили приготовить подарки? Да за вас мне отпуск лет на десять, а то и все пятнадцать выпишут! — обрадовался Мутный.
Бронированный Павлик, не вступая в разговоры начал бой - разогнался до 60км/ч и попытался с ходу откусить Комиссару голову. Но Мутный не стал уклоняться - он схватил Павлика прямо за пасть и принялся трясти его тушу.
— Готовься! Сейчас будет момент! — неожиданно заговорил горыныч Гера.
С разных сторон пещеры повалили странные многоликие, похожие на светящихся червей, украшенные будто бубенцами — десятками человеческих голов. Черви остановились и выстроились в сложную геометрическую фигуру, после чего из их многочисленных пастей вырвались серебряные лучи, ударившие в Мутного.
— Вперед, через несколько секунд его парализует! — скомандовал Гера.
Я выбрался из своего укрытия и что есть сил припустил к врагу, на ходу размышляя о том, чем буду его убивать. Призвать лом? Но у него откат сутки - выходит, что оружие одноразовое. Лучше оставить его на будущее. Что же тогда? Я осмотрел свой инвентарь и выбор пал на хаосоустойчивый кирпич - гораздо лучше местных булыжников. Если грамотно сработать, хватит одного удара, чтобы проломить ему голову!
Серебристое свечение парализующих лучей объяло Комиссара и, в этот же момент, я оказался сзади. Как следует замахнувшись я опустил свой секретный кирпич на его затылок, скрытый тканью плаща. Кирпич звякнул обо что-то металлическое. Капюшон плащ сполз с его головы, оголив поверхность металлического шлема.
— Сука, почему никто не подумал о том, что у него может быть каска! — злобно выплюнул я.
Не придумав ничего лучше, я вновь схватил кирпич и принялся колотить его по шлему - если внутри нет подложки, его черепушка наверняка треснет! Однако Комиссар оказался крепким орешком - его литой череп с легкостью пережил мою атаку, и как только парализация спала, он тут же создал вокруг себя воздушную волну - меня откинуло и больно приложило о каменистую почву.
Преграждая ему путь, вновь вступил в дело черепах Павлик. Остальные многоликие тоже потянулись вниз - похоже решили дать Комиссару последний бой.
— О, это была хорошая попытка! Сколько тысяч душ сожгли? И всё зря! Что ж, давайте закончим это дело побыстрее! — произнес Мутный. Меня он так и не заметил, похоже решил, что по макушке его лупили те же многоликие.
И началась страшнейшая Битва из тех, что я когда либо видел! Хотя не, вру. Артиллерийская атака копрофилов в Сысрани была куда зрелищнее! Но все же картина стояла впечатляющая : Комиссар был невероятен - он летал по воздуху, создавал огненные шары и отрывал головы огромным многоликими, а мелких просто разрывал на куски. Те, в свою очередь накатывали на него волнами, стараясь зверскими пастями и когтями разорвать на куски, обстреливали его целым арсеналом магических заклятий : ледяными стрелами, копьями, таранами, сотнями разновидностей молний и огненный спеллов. Из земли вырывались потоки лавы, а с потолкам падали стальные и каменные пики. Но Мутный казался совершенно неуязвимым : все что удалось многоликим - всего лишь сбить с него шлем и поцарапать неприятную тощую рожу. Он мерзотно лыбился, как копрофил прокравшийся в Совет Федерации и продолжал истреблять поголовье душ.
