– Просто это здорово, папа, когда можешь защитить себя и в зверином и в человеческом облике! К тому же учитель борьбы в школе у Карага – волк, поэтому он может подсказать, как справиться с волками.
– Как же, как же, непременно подскажет, – папа был явно не в духе.
Настроение у нас улучшилось, лишь когда мама обработала всем раны и заступила на вахту, сменив папу.
Отец пошёл на охоту и на рассвете притащил вилорога – размером вдвое больше козы, с двумя острыми рогами и гладким светло-коричневым мехом.
– Ну, угощайтесь – и добро пожаловать, – сказал он, обращаясь к Тикаани и Джефри. – Спасибо, что вы с нами. Что там люди обычно говорят, принимаясь за еду?
– Приятного аппетита, – сказал Терри, у которого из пасти уже текла слюна. Мы все со вчерашнего утра ничего не ели.
– Что это за штука такая – аппетит? – Отец дёрнул вибриссами. – Мне знаком лишь лёгкий, сильный и ужасный голод. Поэтому я скажу просто – вгрызайтесь. – И не теряя времени, сам же и воспользовался собственным приглашением.
Меня немного тревожило, что у нас так много пищи. Ведь проблемы с территорией начались, когда волки решили не утруждать себя охотой и просто при любой возможности отгоняли моих родных от их добычи, не давая им спокойно поесть. А вдруг они примутся за старое?
Но судя по всему, волки устали после схватки не меньше нашего. Мы смогли как следует набить брюхо и растянулись на земле, чтобы немного подремать.
– Я подежурю и разбужу вас, если замечу подозрительное движение, – заверила Табита и повисла вниз головой на ветке. – Отсюда мне хорошо видна вся местность вокруг. Кстати, действительно красивая картина – лунный свет бежит по воде…
– Всё понятно, леталка, а теперь закрой пасть, – шикнул на неё Джефри.
Боль мешала уснуть, но сытый желудок сделал своё дело. Засыпая бок о бок с Тикаани, я услышал её шёпот:
– Ах да, не знаю, важно ли это… минимум четверо волков, судя по запаху, – дети альфа-самки. И по соскам Шоны видно, что она и сейчас кормит волчонка.
– Правда? – ответил я, не открывая глаз. Я уже знал, что в волчьей стае детёныши рождаются только у альфа-самца и альфа-самки, остальные члены стаи обходятся без потомства. Так что логично, что большая часть стаи – кровные родственники. Но я тоже пока не знал, важен ли для нас этот факт.
– Пусть тебе светит луна, – добавила Тикаани, и я нежно ответил ей:
– И тебе тоже, Тики.
<p>Очень маленькая посланница</p>Тем утром я всё время просыпался и размышлял о том, что произошло и что нам теперь делать. Нет, мы, конечно, не сдадимся. Но отец прав – для возвращения нашей территории нужно действовать иначе. Если делать ставку только на силу, то мы с волками просто уничтожим друг друга.
– Надо отправить к волкам посланника, который объяснит им, что мы настроены на переговоры, – предложил я. – Только кого послать? Они терпеть не могут оборотней и сразу же нападут на любого из нас. А уж нас, – я оглядел свою семью, – они ненавидят больше всех: ведь мы не только оборотни, но ещё и кошки.
– Я могу слетать, – вызвалась Табита и зевнула: время шло к обеду, и солнце было уже высоко. – Если я буду в воздухе или сяду на высокую ветку, они не смогут на меня напасть. Правда, из этого может ничего и не выйти, они ведь очень агрессивные.
Тикаани вздохнула:
– А оптимисты среди нас есть? Хотя бы один?
Хорошо, что мы проходили эту тему на человековедении.
– Я оптимист, – твёрдо сказал я. – Во всяком случае, по большей части. У нас всё получится. Табита, будет здорово, если ты слетаешь. Если, конечно, тебе удастся не заснуть.
