В этом мире «Аврора» не выстрелила.Страной правят аристократия, император и Синод. Сила течет в крови избранных. Здесь царят дворцовые интриги, дуэли на файерболах и дымовых клинках, социальные сети, где юные наследницы семей выставляют фотографии со своих балов и вихри силы, которыми обмениваются любовники. Гусары болеют на футбольных трибунах, вместо запряженных лошадей по улицам снуют беспилотные автомобили.Но улицы столицы таят в себе опасности. В тенях прячутся маньяки, одержимые и кто-то куда опаснее.Этот мир хранит страшные тайны. Пришло время их узнать.
Также в цикле «Легенды о Хранителях» кроме полных книг будут выходить бонусные рассказы, заметки о мире и много чего интересного. Подписывайтесь на цикл, чтобы не пропустить обновления.
Большой зал Николаевского театра был забит. Сегодня давали премьеру и аншлаг был ожидаем.
Князь Добрынин делал вид, что увлечен представлением и получает удовольствие. Он расположился в индивидуальной ложе, отделанной красной кожей и время от времени поглядывал в экран телефона. На нем появлялись фотографии красивых девиц в изысканном белье. Под каждым снимком виднелись цифры и значки стихий. Цены в каталоге были немалые, но и качество жриц любви в этом приложении было на высоте. Почти каждую из них можно арендовать на долгий срок и даже… Мужчина облизнулся. Пару таких девушек он забирал в свой загородный дом для долгих развлечений. Князь воплощал с ними самые дикие фантазии, после чего исковерканные тела приходилось сжигать на заднем дворе. Но это того стоило. У каждого аристо свои слабости. Пожалуй, надо сегодня присмотреть одну или двух девок посвежее.
Зал взорвался рукоплесканиями, отвлекая мужчину от тяжелого выбора. Вспыхнули лампы по периметру огромного помещения. Актеры и актрисы кланялись на сцене. Кто-то довольно глупый, чтобы выставить себя идиотом, швырнул огромный букет, который был тут же сбит воздушной плетью одного из охранников.
Занавес опустился, и люди потянулись в фойе. Князь постучал пальцем по нераскрытой программке и тоже неспешно поднялся с кресла. Молчаливый охранник тут же подал хозяину шарф и трость. Последняя выполняла роль аксессуара для подобных мероприятий. Стоило сохранять вид достойного аристократа и трость из кораллового дерева алого цвета. Набалдашником ей служила голова змеи из черепашьего панциря и перламутра, с глазами из рубинов.
Князь Добрынин свернул на экране каталог и раздраженно набрал сообщение водителю. Он хотел поскорее выбраться из этого места и оказаться там, где можно перестать держать осанку и раздаривать вежливые улыбки посторонним.
В холле гудел народ. Мало кто спешил уходить. Достойный повод выгулять свои драгоценности, меха и юных вторых супруг выдавался нечасто. Между мрачного вида мужчинами пестрели их спутницы. Лениво окинув взглядом присутствующих, Добрынин убедился, что никого по-настоящему стоящего здесь нет. Великий князь, младший брат Императора, так и не появился, а значит, и выражать свое почтение было не кому.
«Федор должен был подать машину еще пять минут назад. Где его носит?», — с раздражением подумал князь.
— Как вам постановка, Антон Васильевич? — послышалось за спиной.
Добрынин обернулся. И едва сдержался, чтобы не скривиться в отвращении. Перед ним стоял мужчина в элегантном костюме, белой рубашке и узким галстуком, который удерживал зажим из желтого металла, усыпанный прозрачными камнями. Чернов. Бывший бастард, который быстро поднялся на работе с Мезоамериканскими корпорациями. Он стал настолько богат, что даже смог купить себе титул. Теперь Чернов имел право разговаривать с чистокровными аристократами и, кажется, считал, что ничего предосудительного в этом нет.
Добрынин никогда не любил таких выскочек. Имя нужно было заслужить, наследовать. Многие старые семьи Святославичей, которые вели родословную от Рюрика, не чтили даже Романовых. Не говоря уж об этих «Заводных», как презрительно называл наглых самодовольных выскочек сам князь. За деньги можно купить титул, но не родословную. Разбавленная грязью кровь никогда не станет чистой.
— Прекрасно, — нехотя сказал князь. — Несмотря на то, что главную роль играла Ольга Павлова. Певички новой волны считают себя центром мироздания. И мнят себя талантливыми. Хотя на деле большинство из них весьма посредственны. Их карьера строится исключительно на деньгах отцов или любовников.
— Возможно, князь, в чем-то вы и правы. Хотя отыграла Ольга весьма неплохо.
Морщинистое лицо Добрынина тронула гримаса отвращения:
— Не думаю, что это ее заслуга. Скорее, талант режиссера. Он способен заставить даже табуретку отыграть нужную ему роль.
Чернов обернулся по сторонам, словно пытаясь кого-то высмотреть:
— Вы сегодня без семьи? — улыбнувшись, уточнил он.
— Раисе Павловне нездоровится. А Василий и Татьяна уехали к родне.
Разговор прервал писк пришедшего сообщения.
— Прошу меня простить.
Антон Васильевич вынул телефон. Посмотрел на экран и криво усмехнулся.
— К сожалению, мне пора, — сообщил он. — С радостью пообщался бы с вами еще, но…
