…А сегодня ночью был мороз, и наше прекрасное Дерево, наш вечнозелёный ясень, который упорно стоял зелёный среди всеобщей осени и листопада, как бы ободряя нас: “Лето не кончается!” – наш милый ясень в эту ночь сильно поредел… И резко обнажились его стволы: один прямой – прямо к небу, и два других – наклонных, точно стелющихся по воздуху своими ветвями к югу, к солнцу… Да, он поредел, но он по-прежнему зелен! Из нашего окна мы видим совсем другое время года, чем другие люди через другие окна.
Спасибо, милый ясень, за твоё сверкание, за таинственную, волшебную игру твоих листьев, за твоё ежеутреннее солнце, которое улыбается нам сквозь твои ветви и листья – кажется, что солнце рождается прямо в твоей зелёной чаще… Спасибо за твоих птиц, за твоих бабочек… Спасибо за твою луну. Сегодня ночью она светила ярче, чем месяц назад: в первое наше больничное полнолуние.
Крона Дерева поредела – и стало видно небо: нежно-голубое, с пушистыми лёгкими облаками…
Здравствуй, Небо!
А вчера был потрясающий вечер. Папа принёс нам запись Луи Армстронга – и весь вечер для нас пела гениальная труба… Ах, какая потрясающая акустика в нашем колодце!
Я показывала Ксюше под Армстронга пантомиму: всякие незабытые штучки… Она смеялась, просила ещё. И я ей изображала трубача, скрипача, пианиста, певца, показывала репризы с воображаемым зонтиком, собакой, шариком и прочее своё клоунское, неизрасходованное, богатство… Вот, Ксюнёк, учись, если хочешь быть клоуном!
А ещё вчера я весь день шила Ксюньке маленьких меховых гномов. И позавчера. У Ксюши ведь теперь есть Дом Гномов! Который она соорудила из обувной коробки (папа привёз новые сапожки для прогулок, прямо из магазина). И мебель в Доме Гномов есть: Ксюня её смастерила из пакетиков из-под соков, и всякие салфеточки, покрывалки и прочая красота – всё дело Ксюшиных рук. А уж моё дело – шить гномов, Меховичков – как мы их называем, с глазами-бисеринками и красными улыбчивыми ртами.
И сегодня я весь день шила гномов…
А ещё я сегодня Ксюню искупала! И она опять была нежная и свободная в воде, и я осторожно поцеловала её, и она светло улыбнулась мне в ответ… Девочка моя ненаглядная!
Ксюше в больнице уже нравится. Ведь мы здесь не отбываем срок, а ЖИВЁМ. К тому же, так интересно! “Если бы только врачи к нам не приходили!…” – вздыхает она.
Смешно: хожу по коридорам и удивляюсь, встречая то тут, то там на полу
Обрезками бумажек и лоскутков усеяна вся наша палата. На кроватях – вороха всего этого. И я целыми днями сижу в этих ворохах и вся облипаю ими, как корабль ракушками. А потом иду куда-нибудь – и они сваливаются с меня и рассеиваются по всему отделению… “Здесь проходила мамочка из 16-й палаты”.
(Нас тут называют “мамочками”. Хотя я уже второй месяц ЖИВУ здесь, знаю по именам всех врачей, медсестёр, нянечек и кухарок, но НИКОМУ не интересно узнать моё имя, даже Ксюшиному лечащему врачу, который каждый день со мной общается).
Сегодня 19 октября – у нас “юбилей”: мы в больнице полный календарный месяц. 12-й день карантина. Скоро полночь, я опять сижу при свече…
СЕГОДНЯ БЫЛ ПЕРВЫЙ СНЕГ!… Вот и сбылся мой сон: про то, что мы доживём в больнице до первого снега. Мой первый больничный сон в первую ночь.
Снег пошёл после обеда, к нам как раз прорвался Антон – наш доктор-психотерапевт, как мы его называем. С шариками и мешочком маленьких пластмассовых барашков от папы. Ну, и, конечно, с мешком вкусностей, которыми каждый день набиты сумки: вкусностями питательными и духовными. Каждый день я передаю на волю список необходимого, каждый день всё старательно добывается и на следующий день приносится.
Но наши потребности не убывают, а возрастают в геометрической прогрессии! Ещё кукол, ещё лоскутков, ещё ваты (для набивки игрушек), ещё фломиков (эти уже изрисовались), ещё апельсиновых соков (“в чёрных очках”), ещё семечек и орешков, ещё новых раскрасок, шариков, ещё картонок для аппликаций, – всё это, чтобы удовлетворить Ксюшин творческий аппетит.
А для себя я прошу: свечей (последняя догорает!), ручку шариковую (опять исписалась!), толстую общую тетрадь (а то эта кончается), чаю и ПИСЕМ! Письма от Гавра и Антоши – мои главные витамины.
…И вот, когда Антон надувал пятый по счёту шарик для ненасытной Ксюни, которая просила: “Ещё! ещё синий! ещё жёлтый!” – в эту самую минуту за окном как-то посерело, посерело… А ведь только что было солнышко! и мы перед обедом гуляли по золотой кленовой аллее (“Нашей аллее!”) – правда, всё золото уже на земле… И в воздухе пахло морозцем, и пар валил от губ, – но казалось: ещё чуть-чуть пригреет – и опять бабье лето… Шуршали листвой, подкидывали её ногами: кто выше? кто дальше? Собирали букеты, искали самые красивые листья для аппликаций и для гербария, обнимались с берёзками, распевали нашу песенку:
