И закрыв глаза, я думаю о том, что сегодня выбрать из тем для видео. К тому же, в скором времени, нужно провести прямой эфир. Окидываю взглядом комнату, которая не особо походит на ту, в которой я снимал видео, поэтому, принимаюсь залезть в онлайн-магазин, чтобы присмотреть свет и некий декор, для создания лучшей атмосферы.
Долго листаю ленту, выбирая гирлянды, различные статуэтки, и понимаю, что нужно позвонить этой мадам, что сдала нам квартиру. Но ванчале заканчиваю выбирать всю эту мишуру, и, указав адрес, разом поднимаюсь с кровати.
Выйдя в коридор, ощущаю приятный аромат блинчиков. Желудок разом связывается в тугой узел, и, идя на аромат, я захожу на кухню. Соня что-то тихо напевает, пританцовывая и умело справляясь со сковородкой и лопаточкой. Я не удерживаюсь, и вновь, включая камеру, записываю то, как она готовить. Это настолько мило, что я не могу сдерживать улыбку, однако, не долго я радуюсь…
Соня, по видимому, чувствует это спиной, и резко повернувшись ко мне, восклицает:
— Ты что делаешь?
— Ничего, — перепуганно говорю ей, нажимая разом на стоп на видео, и делаю вид, что продолжаю что-то смотреть в телефоне.
— Хм, — говорит Соня и еще несколько секунд буравит меня свои взглядом.
— Я думаю позвонить этой мада, — заявляю ей.
— Давай.
Нервно сглотнув, я набираю номер женщины, и жду. Надоедливые гудки нервируют меня, но ответа так не поступает. Хотя бы, звонок проходит — а это уже хорошо.
Соня заканчивает с готовкой, и, разлив кофе по кружкам, ставит все на стол.
— Ну-с, — говорит та вытирая руки полотенцем. — Прошу к столу.
Я мигом сажусь на место и беру два блина в тарелку. Умеют их за несколько секунд, а Соня за это время успевает лишь сделать глоток кофе. Замечаю на себе ее удивленный взгляд, и, как мне кажется, она сейчас думает: вот же животное, глотка как у хищника. И я, чуть не поперхнувшись своими же мыслями, пытаясь прожевать все то, что положил себе в рот. Соня отведя взгляд, берет ножик и вилку, и отрезает кусочек блина, вальяжно кладет его в рот и жует.
Этот Лев просто ходячее недоразумение. Весь такой из себя крутой, высокомерный, ходит тут, командует. А вообще-то я первой въехала в квартиру! Выдыхаю из себя и рухаю на кровать. Меня знобит. Очень сильно знобит, а завтра у меня смена. Решила подработать на детской ярмарке, просто, потому что мне нечем заняться. Точнее, сессию я уже закрыла, остальные предметы мне поставят автоматом, а лежать дома без дела я не хочу. Беру телефон в руки и захожу в соцсеть. Мои друзья простят милые фотографии на фоне зимней Москвы, словно приехали сюда погостить. Как же тошнит от этой идеализированной жизни. Эта ширма спадет тогда, когда их подписчики увидят то, как они по несколько тысяч раз пытаются встать в нужную позу, чтобы получилась такая фотография. Сколько времени у них выходит на ретушь. И как они искусно снимают себя с фильтрами в сториз, а потом убирают эти «маски», чтобы создавался эффект: я такая, какой вы меня видите.
Тошнит!
Пролистываю одно фото — лайкаю. Пролистываю второе фото — лайкаю. Если не поставить свой лайк — то они обидятся. Очень сильно. Более того, ещё и предъявят что я совершенно не смотрела их фотографии, а была в сети. С момента появления в нашей жизни соцсетей — мир перевернулся несколько раз. И меня это очень сильно бесит.
Теперь же, прогулки становятся не наслаждением от архитектур московских улочек, а — сфоткай меня, пока нет людей. Поход в кофейню становится нудным, а вместо обсуждения новых событий, каждая из них утыкается носом в телефон и что-то неустанно пишет, постит, отвечает. О да, и самое излюбленное — это отфотографировать тонну фотографии еды, чтобы та остыла, а после, сидеть и давиться уже не вкусным ужином.
Тихо вздыхаю и откладываю телефон в сторону. Беру книгу с прикроватной тумбы и откинувшись на подушку, открываю ее с последнем месте, где закончила. Красивая резная закладка напоминает мне о том, что книги — это единственное убежище, куда я могу сбегать без абонемента на время. За все остальное мне придется платить. Окунаюсь в интересную историю, в которой красивый парень пытается добиться девушки. Ну как добиться… Они вечно препираются, у них мало что общего, на первый взгляд, но их сближает — одинокое сердце одно на двоих.
Я люблю любовные романы, которые выворачиваю душу наизнанку. Люблю плакать над ними. Люблю смеяться в голос и читать сцены с перчинкой. А потом, лежа на кроватке, вздыхать и думать, что когда-нибудь, и мне повезет в любви.
Читаю я везде — в пути, в ванне, кушая, сидя, лежа, стоя, идя, в позе мессианского эмбриона… везде, где подвернется эта возможность. Мне нравится это занятие, оно успокаивает. А ещё, в книжках крутые краши!
В коридоре скрипит паркет. Машинально поворачиваюсь и замечаю, что со дверь не прикрыта. И через тонкую щелочку мелькает тень.
