– Мистер Томас, добрый день. Это исполняющая обязанности директора. Зайдите ко мне сейчас же. Да. I – say – now. You understand? – не отказала себе в мстительном удовольствии Аня. Впрочем, оказалось, что эстонец, выполняющий обязанности Командира, уже зачем-то ехал к ней. – Ах, вот как? Через? Прекрасно. Постарайтесь не задерживаться.
…Ладно, господииин ывро-пееетс, я сейчас дам тебе клюнуть из бюджета дяди Сэма. Но ты мне за это спляшешь, селедочная морда, камаринского…
– Мистер Грин? Соассеп. Да, спасибо, Грин, но я пока что и.о. Грин, подготовьте к 8-00 РM четырех парней посимпатичнее, в парадной форме – сопровождать тела погибших и в траурный караул. Не знаю, борт придет вечером, как узнаю – сообщу. Нет. А, да, вот еще – в районе получаса к офису подъедут эти бастардс из Erynis. Я слыхала, ваши маринс не очень их любят… Да. Да. Нет, это уже… Будет вполне достаточно, если они поймут, что это федеральное учреждение Соединенных Штатов, а не дешевая забегаловка. Да-да, именно – как к себе домой… Вот. Именно, Грин, я как раз это и хотела сказать – уважение… О кей, Грин, увидимся.
Подождать эстонца таки пришлось, но ожидание было приятным: переключившись на квадратор[78] СБ, получавший картинку в внешних камер, Аня с громадным удовлетворением наблюдала, как привыкшие отворять двери ногой ирнинисовские бугаи были с разгону остановлены охраной South Ural special division. Тот здоровяк, сэконд, что шел за эстонцем, попытался было дернуться и что-то бросил морпехам, скривив губы. Видимо, что-то совсем уж нехорошее – военные резко обернулись, и невозмутимый Грин едва успел придержать одного из своих парней, намахнувшегося было прикладом винтовки.
Забывшие, как это делается, иринисы покорно прокатали лбы на RFID-детекторе и повесили на грудь визиторские бэджики. Удовлетворенно кивнув, Грин едва заметно подмигнул в камеру и махнул мужественно сдерживающему смех парню за бронестеклом – открывай; красные от бешенства иринисы вошли в здание.
Аня сделала лицо, застегнула ворот и приняла деловущую позу – правда, в сибаритском кресле Сатила это было не слишком просто. Едва она поймала равновесие, как в щелях жалюзи мелькнул зимний камуфляж и в дверь сунулась smiling физиономия эстонца:
– Позволите.
Договорил он уже в кабинете, …ладно, хоть сразу в кресло не шлепнулся, чухонское рыло… – зверея, подумала Аня. – …Ладно, немчура недоделанная. Погоди…
Аня подвесила его реплику в мгновенно вымороженном до хрусткого шороха воздухе – вот он, момент; он всегда приходит, к любому. Если хочешь рассчитаться, момент обязательно будет, каким бы маловероятным он не представлялся… Аня припомнила и спившегося без работы отца; как же, при Союзе с дизелями на траулере справлялся, а при этих срочно понадобился язык, и мать – «негражданку», зашуганную на работе до трясучки, да и сама она вдосталь наелась хамства от незаметно выскользнувших из-под сапога и резко обретших невесть откуда взявшееся «достоинство» мумитроллей, еще недавно смешных и трогательных. Этим, щедро закачанным в Аню хамством и давился сейчас бедолага Томас:
– Мистер Тоомас, вы сейчас находитесь на территории Соединенных Штатов Америки, поэтому будьте любезны следовать установленным правилам. Здесь не… как называется ваша… хм, местность? Что-то от «fisting»; Фистония или как ее там? Впрочем, неважно. Прошу запомнить: здесь вы будете употреблять обращения, подразумеваемые моим и вашим статусом, а деревенские замашки оставите для бара. – Аня едва не прыснула, до того великолепным тоном ей удалось процедить эти сами собой полившиеся на опущенного Томаса слова. – Кажется, вы хотели меня видеть; так что прошу вас – излагайте свое дело. Что с вами?
С глубины, на которую от неожиданности погрузился временный Командир, ответить было непросто – Томас стоял, что называется, хлопая глазами. Аня расслышала, как пришедший с эстонцем второй злобно-восхищенно прошипел по-русски:
– От сучка-то, тыс-с-сматри… – …Ага. Наш, и не знает, кто я…
– А с вами, мистер…
– Савчук, мэм. Игорь Савчук. Командую вторым взводом; и пока исполняю обязанности замкомандира. – …Гляньте только – даже не дернулся! Вот это настоящий наглый, как паровоз, вояка. – улыбнулась про себя Аня. – …Понял, что я «сучку» расслышала, а виду не подает…
– …Савчук, мы немного побеседуем, пока ваше руковооттство прихоодит ф сеппяа. Вы можете обсуждать финансовую сторону вопроса? – на ходу перестроила план Аня.
– Нет, мэм… – Взводный-2 искоса глянул на эстонца. – Если, разве что, мистер Томас уполномочит…
– Надеюсь, мистер Томас возражать не станет. Мистер Томас, мы обсудим с мистером Савчуком несколько моментов, а когда вы будете готовы к разговору, я приму вас. Будьте любезны, подождите в приемной. – наслаждаясь, Аня одарила эстонца самой сучьей из своих улыбок, удерживая ее, пока за так и не отошедшим Томасом не закрылась дверь. – Слушаете, Савчук. У меня есть нехорошее ощущение, что у нас здесь последнее время здорово неладно. Я имею в виду то, что происходит за забором. Есть такое? И давайте по-русски.
