Сделав один шаг на преступном пути — заточение нелояльных граждан в СПБ, власти вынуждены сделать следующий, еще ужаснее и преступнее — назначение психофармакологических средств, подрывающих физическое и психическое здоровье. Интенсивность лечения зависит от больницы, лечащего врача, от отношения к заключенному КГБ. Случаев, когда заключенные «лечения» не получали, известно относительно мало, но такие случаи бывают. «Лечение» не назначалось месяцами, даже до года (М.И. Кукобака — Владимир, Ю. Шиханович — Дмитров, В. Гершуни — Москва). Но совсем не назначать «лечения» врачи спецов боятся — ведь считается, что в «спецу» сидит больной, и поэтому надо и дальше исправно играть роль врача. Впрочем, некоторым надоедает делать вид, что они верят в диагноз. «Мы не находим у вас болезни, но выписать не можем», — заявила представитель ЦНИИСП им. Сербского доктор Холодковская (не рядовой психиатр, а представитель центрального института!) Ю. Белову, тому самому Белову, которому его лечащий врач А.Л. Зеленеев, зав. 4-го отделения Сычевской СПБ, так объяснил, почему ему назначены лекарства: «Ты не нуждаешься в лечении, но, если мы не будем давать тебе лекарства, выйдя отсюда, ты заявишь, что был здоров и что лечение не назначалось»[97].
«Врач» Зеленеев прекрасно сформулировал одну из причин, по которым в СПБ психически здоровым людям проводят «лечение». Другая причина — желание определенных кругов правительства и КГБ с помощью медицины, точнее лекарств, избавиться от своих политических противников. От тех, которые есть, — физически, от возможных новых — путем наглядного примера. Третья причина — воздействуя лекарствами, добиться от заключенных отречения от своей веры или принципов, чтобы скомпрометировать диссидентское движение или религиозные течения. Наконец, четвертая причина, по которой в СПБ здоровых людей пичкают лекарствами, — наказание за непокорность больничным властям.
В распоряжении врачей СПБ все современные психофармакологические средства.
