охотятся за главным героем. Его, простого парня из высокогорного села, фанатично
занимающегося каратэ, играл, конечно, сам Заур. У меня с ним в конце фильма там такой
классный бой вышел — просто загляденье. Мы потом просмотрели отснятые материалы
— все просто супер получилось.
— Класс! А что там за сюжет?
— Да в общем то сюжет там вполне обычный для каратистского боевика. Мафия
наехала на двоюродного брата главного героя, который связался с плохой компанией и
стал наркошей, а потом его и вовсе убили. Естественно, брат-каратист, приехавший из
далекого горного села, мстит за своего убитого родственника и мочит всех направо и
налево.
— Ты лучше расскажи ему, Алан, как вы снимали сцены боев, — вмешался в
разговор Хадар, уже закончивший есть и теперь небрежно развалившийся на стуле.
— С этим вообще одни хохмы были, — еще больше загорелся Алан. — Мы
поначалу все драки хотели наработать на показуху. Сам знаешь, как это бывает.
Договаривались между собой. Ты, мол, бьешь меня в ухо, а я, допустим, уклоняюсь и
отвечаю тебе ударом ноги в челюсть. Попробовали, а потом посмотрели, что выходит на
пленке. Вышло, прямо скажем, плоховато, сразу было видно, что все подстроено. Мы эту
сцену боя переделывали и так и эдак, но ничего не получалось. Потом, запарившись от
всей этой ерунды, мы с Зауром просто сцепились перед камерами, прямо как на
тренировке. Мы с ним так разошлись, что я разбил ему нос, а он в ответ угодил мне левой
ногой в челюсть и натурально послал в нокаут на съемочной площадке. Я упал, лежу и не
могу встать. Руки и ноги свело в судороге. Режиссер нам кричит: «Отлично! Алан, так и
лежи, а ты, Заур, быстрее уходи за угол». А я, даже если бы и захотел, все равно не смог
бы встать. Тело совсем меня не слушалось. Заур тоже весь в запале от схватки, не сразу
сообразил, что от него хочет режиссер, и стоит надо мной, чтобы добить, если я еще
дернусь. Мы эту сцену потом несколько раз просмотрели, получилось здорово — просто
отпад. Там одна камера момент выхватила, как я падаю после удара ногой и у меня
медленно закатываются глаза — такого нарочно не сыграешь. В общем, у нас на
съемочной площадке получился настоящий бой и подлинный нокаут. Я, конечно, Зауру
тоже нос подравнял. Ему после этого лицо целый час гримировали, чтобы можно было
снимать другие сцены.
— А когда фильм выйдет? — безразлично спросил Марик, немного обиженный на
своего тренера тем, что тот не пригласил его сняться в фильме.
Алан пожал плечами.
— Не знаю. Пока его смонтируют, озвучат, пройдет время. Наверное, это будет не
раньше осени.
— Надо будет обязательно посмотреть, — Егор дружески хлопнул Алана по спине.
— Теперь и ты у нас станешь кинозвездой.
— Да ладно, не подкалывай, какая там кинозвезда, — небрежно отмахнулся тот. —
Так, мелькнул в паре-тройке сцен.
Несмотря на показное равнодушие было видно, что Алану приятны похвалы друзей
и что съемка в фильме для него отнюдь не рядовое событие.
Марик это четко вычислил и решил еще немного подыграть товарищу
— Ну-ну не скромничай, все равно засветился на большом экране а это далеко не
каждому по жизни выпадает, — сказал он, поднимаясь из-за стола. — Ладно, братва, нам с
Егором еще по другим делам проехаться нужно, так что до встречи. Если что, звоните мне
на домашний телефон.
Выйдя из ресторана на улицу, Марик спросил Егора:
— У тебя сейчас какие планы?
— Да, в общем-то, никаких, а что?
— Если ты не против, то я хотел бы заскочить этим вечером на огонек к одной
длинноногой и блондинистой девчонке, а то меня проклятый спермотоксикоз уже совсем
замучил.
— Ну да, ты, как всегда, в своем репертуаре, — подмигнул другу Егор — Конечно,
я не против. Ты езжай, а я зайду к Артуру. Он как раз здесь рядом живет.
Друзья обнялись, Марик сел в машину, развернулся через сплошную линию,
посигналил на прощание и с пробуксовкой сорвался с места, оставив на асфальте две
длинных полосы жженой резины. Егор усмехнулся, увидев такое мальчишество, и махнул
рукой вслед удаляющейся машине. Потом он перешел дорогу и не спеша пошел к дому
инструктора.
Егору повезло. Артур оказался у себя дома. Открывший дверь после третьего
звонка инструктор был одет по-домашнему — в сланцы, синие шорты, открывающие
мощные ляжки, и застиранную белую майку, рукава которой распирали крепкие бицепсы.
Он явно обрадовался ученику, отсутствовавшему в городе несколько месяцев, и,
поздоровавшись, сразу же провел его на кухню, усадил за стол и налил ему
свежезаваренного ароматного чая.
Чай был любимым напитком Артура. Он знал в нем толк и умел правильно его
приготовить. Многочисленные друзья, зная его пристрастие, всегда привозили из
различных поездок новые сорта чая в подарок этому гостеприимному человеку. Егор
вспомнил это и с досадой подумал, что, проведя более двух месяцев Москве, он так и не
