- Ну, не весь, но левое плечо и верхняя часть спины были немного испачканы. Да ты не волнуйся. Я твою куртку постираю. И следа крови не останется.
- «А молодого коногона несут с пробитой головой», - басом пропел Антон и с горечью заметил:
- Все случилось совсем, как в песне...
- Ты сейчас, кстати, как себя чувствуешь? - снова забеспокоилась, Ульяна. - Голова не болит?
- Немного побаливает... Где-то чуть повыше затылка, сударыня, - Антон шутливо тряхнул головой. -Но поскольку ваш покорный слуга чувствует себя абсолютно здоровым, есть предложение сменить больничную пижаму на военную форму и прогуляться куда-нибудь к реке. Ты как?
- Это совершенно исключено, - строго сказала Ульяна и погрозила ему пальцем. - Тебе прописан постельный режим - вот и лежи. До вечера. А я - так уж и быть - посижу у кровати больного.
- Ах, больного! - Макарьев взял ее за руку и властно потянул к себе. - Вот мы как заговорили!
- Антошка, ты сумасшедший! - Ульяна засмеялась и уперлась ладонями ему в грудь. - Дверь же открыта, сейчас кто-нибудь войдет...
- А я, милая моя, и не скрываю своего сумасшествия, - Макарьев все-таки отпустил ее и показал пальцем на пластырь у себя на затылке:
- Там у меня что? Правильно, ушиб головы. Значит, я ушибленный. Со всеми вытекающими отсюда последствиями... Поэтому целоваться - и немедленно!
- Ну, хорошо. Но только в терапевтических целях, - Ульяна склонилась над Макарьевым и быстро поцеловала его в губы.
- Мало, - запротестовал Антон. - Хорошо бы увеличить дозу!
- Хватит, лекарство отпускается строго по рецепту, - блеснула шальными глазами Ульяна. - И я очень надеюсь, товарищ лейтенант, что травма головы не скажется на ваших дедуктивных способностях.
- О, кстати! - Макарьев встрепенулся. - Раз мы не идем гулять, предлагаю заняться нашим расследованием. Ну-ка, кто там у нас на подозрении? Где притаился коварный враг?
- Шутки шутками, Антошка, но дело действительно принимает серьезный оборот, - Ульяна нахмурила брови.
- Три трупа диверсантов, странное самоубийство Бехтерева. Теперь вот исчезновение Кирилла Ушакова...
- Поэтому, милая моя, я и задаю тебе очень серьезный вопрос: кого нам следует подозревать в первую очередь?
- Подозреваемых у нас с тобой раз, два и обчелся, - Ульяна задумалась. - И конкретных фактов очень мало. Антошка, мне почему-то кажется, что наше расследование зашло в тупик.
- Но у нас еще есть Кирилл Ушаков, - возразил Макарьев. - Человек, который мог позвонить ко мне на КПП и отдать приказ голосом Бехтерева...
- Мог - это еще не значит, что действительно звонил, - с сомнением покачала головой Ульяна. -Презумпция невиновности есть презумпция невиновности. Вот если бы можно было поговорить с Ушаковым...
- Для того, чтобы с ним поговорить, его сначала нужно найти. И вот что. Я не уверен, что именно Ушаков звонил мне в ту ночь. Все-таки я его чуть-чуть знаю. Не тянет он на злоумышленника, Уля... Можешь так и записать в нашем плане расследования, мой милый доктор Ватсон!
- Кстати, о плане расследования, - Ульяна не приняла шутливого тона. - Антошка, а почему бы нам действительно не составить такой план на бумаге? По-моему, это сильно облегчило бы нашу работу.
- Да, хорошо бы действительно составить план расследования, - посерьезнев, согласился Макарьев. -Жаль только, что у меня сейчас нет ни бумаги, ни ручки.
- Чем писать, положим, найдется, - Ульяна расстегнула свою сумочку, которая висела на спинке кровати, пошарила рукой внутри и достала синий фломастер. - Это сойдет?
- Вполне, - кивнул Антон. - А где взять бумагу?
- Я могу попросить несколько листов у дежурной медсестры, - Ульяна поднялась с табурета. - Или можно воспользоваться твоей записной книжкой.
- Записной книжкой? - брови Макарьева удивленно поползли вверх. - Какой записной книжкой?
- Твоей, - пожала плечами Ульяна. - Той, которую ты носишь в кармане рубашки.
- Что-то вы путаете, барышня, - Антон засмеялся. -Я никогда не носил записную книжку в кармане рубашки!
- Да? А чья же это книжка?
- Гм... У меня нет никакой записной книжки. А свой рабочий блокнотик я обычно ношу в заднем кармане брюк...
- Шутить изволите, товарищ лейтенант? За нос бедную девушку водите? - Ульяна подошла к развешенной на спинке стула зеленой форменной рубашке, расстегнула пуговку на правом кармане и достала из него маленькую книжечку в пластиковом переплете. - А это что?
- Записная книжка, - Антон ошарашено захлопал ресницами. - Но у меня никогда не было такой записной книжки!
- Все-то ты врешь, - Ульяна взъерошила волосы у него на голове. - Когда я забирала твою одежду из комнаты отделения, эта книжка выпала из кармана твоей рубашки.
- Из кармана рубашки? А что разве карман был расстегнут?
- Ну, если книжка выпала на пол, значит, был.
Макарьев задумчиво потер ладонью подбородок:
- Видишь ли, Уля... Во-первых, я никогда не носил записных книжек в карманах рубашки. Во-вторых, карманы рубашки у меня всегда застегнуты. Тем более, когда я переодеваюсь в рабочую одежду и ухожу на испытательные работы. Ты уверена, что эта книжка выпала именно из моего кармана?
