А что же Ришелье? Если верить П.П. Черкасову, наш герой в это время пребывал «в полной растерянности», он был «буквально раздавлен неожиданным поворотом событий». Он якобы прятался в своем дворце, охрана которого была усилена.
Но это не так. Историк Франсуа Блюш констатирует:
«Враги кардинала осыпают его упреками. Не растерялся ли он? Нет, даже когда замечены эскадроны разведки генерала фон Верта не только в тридцати, а даже в пятнадцати лье от столицы, он демонстрирует пример спокойствия».
А вот что пишет в своей «Истории Франции» Сен-Проспер (старший):
«Панический страх овладел парижанами, а слухи пошли против кардинала; казалось, что сам король покинул его. <…> Ришелье же показывался без охраны на улицах столицы, своей храбростью заставлял замолчать недовольных, успокаивал самых неуверенных. Короче, за несколько часов общественное мнение поменялось на противоположное; обитатели Парижа, такие раздраженные и такие обеспокоенные, схватились за оружие. <…> Ришелье обратился ко всему французскому дворянству; неустрашимые бойцы собрались толпой: столица была спасена».
Как видим, у кардинала никакой паники не было. Было, скорее, удивление тому, как быстро все происходит. Франсуа-Гиацинт Дюсевель в своей «Истории города Амьена» так и пишет:
«Иоганн фон Верт, Пикколомини и князь Томмазо Савойский овладели Корби в 1636 году решительным ударом, что принесло страх и ужас в столицу. Даже Ришелье был удивлен».
П.П. Черкасов утверждает:
«Король заражает кардинала своим примером. Ришелье вновь обретает душевное равновесие и присущую ему ясность ума. Он возвращается к делам и даже выезжает из дворца».
Франсуа Блюш трактует это несколько иначе:
«Вместе с королем он принимает меры по защите и подготовке контрнаступления».
Франсуа-Гиацинт Дюсевель делает важное уточнение:
«Парижане, думая, что испанцы уже у ворот города, на этот раз поспешили прийти на помощь государству. За небольшое время французская армия увеличилась на двенадцать тысяч лошадей и тридцать тысяч пеших воинов. С этими силами Людовик XIII осадил Корби, 29 сентября 1636 года. Во время осады король жил в замке Демуэн, а кардинал – в особняке казначеев Франции в Амьене. Совет собирался у кардинала».
Отметим, что Амьен находится в двух шагах от Корби, а это значит, что Ришелье в тяжелый для Франции момент и не думал прятаться в Париже. И не король заражал кардинала своим примером, ибо все важные решения принимались у кардинала. И это король приезжал к кардиналу, а не наоборот.
Кардинал де Ришелье не был военным, но он лично инспектировал оборонительные работы, общался с людьми, подбадривал их. Да, собственно, П.П. Черкасов и сам признает это:
«Его красный плащ привлекает всеобщее внимание. Но странно… ни враждебных действий, ни оскорбительных выкриков. Народ целиком поглощен иными заботами, а может быть, вид грозного кардинала внушает страх? Кто знает…»
Деятельность кардинала быстро дала результат: только в Париже было набрано 15 000 рекрутов и добровольцев. Нормандия прислала 10 000 человек и т. д. Города и профессиональные корпорации спешили на помощь попавшей в беду столице, предоставляя не только людей, но и деньги. Собранных средств хватило на формирование 27-тысячной армии.
* * *
