Ух… Что-то мой плеер в очередной раз играет по своим, ведомым только ему правилам. Надо будет прибор Инженерам Виртуальности показать, а то мало ли что. Может, в нем самозародился разум какой злобный. Или не злобный, но ехидствующий просто. Ну да ладно, оставим странные мысли в странном стиле и перейдем к делам насущным. Бежевое здание больницы с первого взгляда внушало уважение. Оно было огромно и состояло из нескольких высоких отсеков, а на прилегающей к нему территории находился целый пруд, вокруг которого вовсю зеленела молодая весенняя трава. Подъем в главный корпус чем-то напоминал вход в наш Елагиноостровский дворец: две асфальтовые дороги, соединяясь в общую дугу, шли к дверям обширного холла, располагавшегося на приличном расстоянии от земли. Примерно на уровне второго-третьего этажа обычных многоэтажек. Морг же, по традиции, располагался под землей. Собственно туда я и направился.
Предъявив дежурившему возле входа охраннику свое удостоверение, я проследовал внутрь мрачного помещения. Белые давящие кафельные стены, тусклый мерцающий свет, в общем, все в традициях чисто Русского фен-шуя. Морг имел ауру смерти, подчеркиваемую всей окружающей обстановкой. Что же меня удивило, так это приветливо встретивший меня патологоанатом. Слегка седоватый мужчина лет пятидесяти, с хитрым проникновенным взглядом и легкой иронией в голосе. Его первый вопрос не заставил себя долго ждать:
— Чем могу помочь, юноша. Кажется, вам к нам еще рановато, приходите этак лет через…
Мужчина посмотрел на меня оценивающим взглядом, почесал подбородок и закончил свою фразу:
— …пятьдесят-шестьдесят
Я лишь улыбнулся, достал «корочку» и перешел к делу:
— Лейтенант ФСБ Алексей Ларин. Отдел специальных расследований. Могу ли я увидеть тело покойного Антона Витского. Думаю, Вы должны были запомнить его — он умер от того, что ему прожгла грудь шаровая молния. Уверен, в Вашей практике подобные случаи встречаются не так часто.
Мужчина посмотрел на документ и продолжил беседу в прежнем тоне:
— Но и не так редко, как Вы предполагаете. Происшествия разные бывают и порою от смешного до трагического всего один, совсем незримый шаг. Так что, уважаемый лейтенант… Малдер… Вы так категоричны не будьте. Разное, надо сказать, в мире случается, разное. А на юмор мой не обращайте внимания, сами понимаете, гости у нас тут не часто бывают, вот и приходится развлекать себя, чем только можно. Иначе и с ума сойти недолго. Особенно… да, особенно по ночам тяжко.
Я лишь скептически посмотрел на врача.
— Ладно, забыли. Так где тело умершего-то?
Мы с патологоанатомом прошли всего несколько метров и остановились у большой стены с множеством железных отсеков.
— А, вот. Ячейка Б-38. У меня память на числа отличная. Осматривайте, лейтенант. Скажу вам от себя, как врач: шаровая молния — она и есть шаровая молния, что бы там кто не думал. Молния и ничего больше. Так что ищите или не ищите, Секретными Материалами тут и не пахнет. Но дело Ваше. Разберетесь, полагаю, сами, а я пойду дальше работать. Когда закончите, сообщите мне и, если не сложно, верните все, как было. Удачи.
С этими словами мужчина развернулся и пошел по направлению к своему месту, а я, открыв массивную железную створку и выдвинув тело, приступил к осмотру. Активировав магическое восприятие, я увидел то, что и ожидал и чего, признаться, слегка опасался…
Окрасившееся в смешанные, болотно-морские: местами просто тусклые, а местами совсем, совсем бледные цвета, помещение приобрело крайне гнетущий характер. Даже формулы здесь двигались как-то зловеще вяло. Будто вязкая незримая паутина тлена полностью окутала и сковала это место. Все вокруг словно пропиталось безысходностью, а вернее сказать, законченностью существования. Лежащий передо мною на железном основании молодой мужчина был явно и без всяких сомнений убит магией. Искусной, талантливой, возможно даже немного вдохновенной магией. Обширная прожженная рана едва заметно фонила остатками огненной и изначальной энергий. С помощью домена Первооснов я смог просканировать резонанс, — особый магический след, от заклинания, убившего несчастного юношу.
