счету уже была готова. Дизайнер собиралась посмотреть, как оно сидит, и при
необходимости внести в фасон изменения, чтобы ткань струилась и ниспадала идеальным
складками. Один из ассистентов Финолы за несколько дней до свадьбы прилетит в
Хьюстон для последней примерки, так что в случае чего время на дошив будет.
Пока мы ждали в примерочной с огромным трехстворчатым зеркалом и уединенной зоной
отдыха, помощница Финолы принесла шампанское для нас с Холлис и бокал
шорле (шорле (нем. Schorle, фр. shaurlet) - смесь из вина с минеральной водой либо вина с
лимонным лимонадом, либо сока с минеральной водой) для Бетани. Вскоре появилась и
сама Финола: стройная блондинка лет тридцати пяти с искренней улыбкой и живым
лучистым взглядом. За годы работы в модной индустрии я встречалась с ней три или
четыре раза, но наши встречи длились всего несколько секунд на Неделе моды или на
многолюдных светских мероприятиях.
– Эйвери Кросслин! – воскликнула Финола. – Поздравляю с новым шоу!
Я рассмеялась:
– Спасибо, но я не разделяю уверенности Жас в том, что меня утвердят.
– Скромница из тебя никудышная, – уведомила Финола. – Выглядишь жутко довольной.
Когда встречаешься с продюсерами?
– Завтра, – с улыбкой призналась я.
Когда я представила Финолу Уорнерам, она заявила, что Бетани – одна из самых красивых
невест, для которых ей доводилось шить свадебные наряды.
– Не терпится увидеть вас в этом платье, – говорила она Бетани. – Оно просто
олицетворение глобализации: японский шелк, корейская подкладка, индийский бисер,
итальянская сетка и французское старинное кружево. Мы на несколько минут выйдем, а
вы пока примерьте. Моя помощница Хлоя вам поможет.
После осмотра салона Финолы мы вернулись в примерочную. Бетани стояла перед
зеркалом и выглядела стройной и сияющей.
Платье было произведением искусства: корсаж из старинного кружева с геометрическим
узором, сплетенного вручную и украшенного хрустальными бисеринками, похожими на
пыльцу фей, тонкие расшитые бретельки, поблескивающие на загорелых плечах Бетани.
Юбка вся в бисере, который поблескивал словно в тумане, ниспадала мягкими складками
от завышенной талии. Невозможно было представить невесты красивее.
Холлис улыбнулась и ахнула, прикрыв рот рукой:
– Восхитительно!
Бетани улыбнулась в ответ и покружилась.
Но не все с платьем было хорошо, и мы с Финолой обе это заметили. Драпировка спереди
располагалась не так, как было задумано: клинья расходились над животом под другим
углом, чем на изначальном рисунке. Подойдя к Бетани, я с улыбкой сказала:
– Ты великолепна, но придется кое-что изменить.
– Что именно? – недоуменно спросила Бетани. – Оно уже идеально.
– Дело в драпировке, – пояснила Финола. – За месяц, оставшийся до свадьбы, ваш живот
вырастет настолько, что клинья будут ниспадать по обеим его сторонам как театральные
кулисы, а это, несмотря на все очарование животика, не пойдет на пользу.
– Не знаю, почему я так быстро растолстела, – разволновалась Бетани.
– Беременность у всех проходит по-разному, – наставительно произнесла Холлис.
– И ничего вы не растолстели, – успокоила невесту Финола. – У вас всего лишь чуть виден
живот, как и должно быть. Наша работа – сделать так, чтобы платье сидело идеально, и мы
закончим все по высшему разряду. – Она подошла к Бетани, взялась за клинья и принялась
складывать их то так, то эдак, изучающим взглядом рассматривая драпировку.
Внезапно Бетани подпрыгнула и положила руку на живот.
– Ой! Ничего себе пинок.
– Да, я тоже заметила, – кивнула Финола. – Может, вам присесть?
– Нет-нет, все хорошо.
– Ладно. Я просто думаю, как бы это исправить. Еще пару секунд. – Финола с живым
интересом посмотрела на Бетани. – Пытаюсь понять, насколько вырастет ваш живот за
месяц… Вы, случайно, не близнецов ждете? – Бетани покачала головой. – Слава богу.
Одна из моих сестер родила близнецов, и это было тяжко. А дата родов… она не
изменилась?
– Нет, – ответила за дочь Холлис.
Финола бросила взгляд на помощницу:
– Хлоя, помоги, пожалуйста, Бетани снять платье, пока мы с Эйвери обсудим изменения.
Бетани, мы оставим вашу маму с вами?
– Конечно.
Финола подошла к Холлис и забрала со столика рядом с ней пустой бокал.
– Еще шампанского? Или кофе?
– Кофе, пожалуйста.
– Я скажу кому-нибудь из ассистентов. Мы скоро вернемся. Идем, Эйвери.
Я послушно последовала за Финолой из примерочной. Она отдала пустой бокал
проходящей мимо помощнице и попросила сварить свежий кофе для миссис Уорнер. Мы
прошли по тихому коридору в угловой кабинет с несколькими окнами.
Я села на стул, на который указала Финола, и обеспокоенно поинтересовалась:
– Сложно будет перешивать клинья? Не придется ведь всю юбку переделывать?
– Попрошу взглянуть на нее модельера и драпировщика. За те деньги, что Уорнеры платят, в случае необходимости мы перешьем все чертово платье. – Она потянула плечи и потерла
шею. – Знаешь, в чем проблема с этими клиньями?
Я покачала головой:
– Придется взглянуть повнимательнее.
– Главное правило дизайна для беременных невест: никогда не верь предполагаемой дате
родов.
– Думаешь, Бетани слегка преуменьшает срок?
– Как минимум месяца на два.
