– Не выйдет, – уныло заявила София. – Ты в нем торчала на жаре несколько часов кряду. Он весь грязный, а под мышками круги от пота.
– И что ты предлагаешь? – возмущенно спросила я.
– Надень топ, который я носила. Я-то провела почти весь день под кондиционером. Он выглядит вполне прилично.
– Он мне не подходит, – запротестовала я.
– Нет, пойдет. У нас почти один размер, и он с запáхом. Поторопись, Эйвери.
В спешке я неуклюже стащила пыльные брюки и топ и обтерлась кипой антибактериальных полотенец. С помощью Софии переоделась в черную юбку и одолженный топ – трикотажную блузку цвета слоновой кости и рукавами в три четверти. Поскольку мои пропорции были щедрее, чем Софии, относительно скромный V-образный вырез на мне явно бросался в глаза.
– У меня видно ложбинку, – негодующе возмутилась я, стягивая края горловины.
– Да. И ты выглядишь на двадцать фунтов стройнее.
Она деловито вытащила шпильки из моих волос.
– Эй, перестань…
– Твой зачес назад растрепался. Некогда сооружать новый. Лучше просто распустить.
– Я выгляжу как альпака в грозу. – Я попыталась разгладить буйную массу кудрей ладонями. – И этот топ слишком тесный, меня всю стянуло…
– Ты просто не привыкла носить одежду по фигуре. Выглядишь отлично.
Я бросила на сестру страдальческий взгляд и взялась за гарнитуру.
– Ты проверила, как дела у Стивена?
– Да. Все под контролем. Распорядители рассаживают гостей. Заводчик приготовил голубей. Слоун и подружки невесты все в сборе. Идем. Я приведу волынщика, как только ты дашь мне знак.
Каким-то чудом церемония началась вовремя. Свадьба проходила куда идеальнее, чем мы с Софией ожидали. Все колонны шатра были щедро украшены цветками чертополоха, розами и полевыми цветами. Выступление волынщика придало торжественный и воодушевляющий тон выходу невесты.
Идущая по усыпанному цветами проходу к алтарю Слоун казалась принцессой в белом кружевном платье. Чарли смотрел на невесту и выглядел совершенно счастливым. Любой был уверен, что видит перед собой влюбленного жениха.
Я сомневалась, что кто-то даже заметил хмурую гримасу на лице шафера.
После обмена клятвами стая белых голубей вылетела и воспарила в коралловом небе в момент столь живописный, что вся праздничная толпа единодушно ахнула.
– Аллилуйя, – услышала я шепот Софии и усмехнулась.
Гораздо позже, пока гости танцевали под живую музыку, я уединилась в укромном уголке и говорила со Стивеном в микрофон.
– Я вижу потенциальный вынос, – тихо предупредила я. – Прием.
Иногда нам приходится принимать благоразумные меры, удаляя гостей, которые чересчур перебрали спиртного. Лучший способ избежать проблем – как можно раньше их выловить.
– Вижу его, – ответил Стивен. – Ри-Энн уладит дело. Прием.
Почувствовав приближение какой-то женщины, я повернулась и машинально улыбнулась. По-кошачьему стройная и элегантная в расшитом бисером платье простого покроя. Белокурые волосы идеально мелированы платиновыми прядями.
– Могу чем-то помочь? – спросила я с улыбкой.
– Вы ведь та, кто организовал эту свадьбу?
– Да, вместе с моей сестрой. Меня зовут Эйвери Кросслин.
Дама глотнула шампанское из бокала. Ее руку отягощал изумруд размером с пепельницу. Заметив, что мой взгляд метнулся к выпуклому квадратному камню, она пояснила:
– Мой муж подарил мне на сорокапятилетие. По карату за каждый год.
– Поразительный.
– Говорят, что изумруды даруют власть предсказывать будущее.
– И ваш? – спросила я.
– Скажем так, будущее в основном идет тем путем, что желаю я. – Она деликатно отпила еще глоток и пробормотала, обозревая сцену: – Вышло прекрасно. Причудливо, но не слишком формально. Оригинально. Большинство свадеб, которые я видела в этом году, похожи одна на другую. – Дама помолчала. – Все уже говорят, что это лучшая свадьба, которую они видели. Впрочем, лишь вторая самая лучшая свадьба.
– А какая первая самая лучшая?
– Ту, что вы устроите для моей дочери Бетани. Свадьбу десятилетия. В числе гостей будут губернатор и экс-президент. – Ее тонкие губы сложились в кошачью улыбку. – Я Холлис Уорнер. И ваша карьера только что стала обеспечена.
Пока Холлис Уорнер гордо удалялась, в наушники ворвался голос Стивена:
– Она замужем за Дэвидом Уорнером. Он унаследовал ресторанный бизнес и выгодно вложил его в курорты, где водятся казино. Состояние Уорнеров баснословно даже по хьюстонским меркам.
– Так они…
– Позже. У тебя компания. Прием.
Моргнув, я обернулась и увидела, что приближается Джо Тревис. При виде его сердце бешено заколотилось. Джо был ослепителен в классическом смокинге, который носил непринужденно, не осознавая, сколь привлекательно выглядит. Край накрахмаленного белого воротничка составлял резкий контраст с янтарным загаром, который, казалось, въелся глубоко, будто Джо искупался в солнце.
Он мне улыбнулся.
– Мне нравится, когда у вас распущены волосы.
Я в смущении попыталась их пригладить.
– Слишком кудрявые.
– Ради бога, – услышала я язвительный голос Стивена в наушнике. – Когда мужчина делает тебе комплимент, не спорь с ним. Прием.
– Можете сделать перерыв на несколько минут? – спросил Джо.
